Дактиль
Елена Глазова
разрушенная речь
бульдозерами изборождённая
перелопаченная
едва теплится
на руинах речи восседая
исторгает порубленное слово
приснославный пиит
примеряя на языке
словеса покорёженные
искочевряженные
шамкая обрубками слов
извергая разрезанные
раскуроченные фонемы
корча ртом от бесчисленных
ран на языке
косноязычно или красноязычно
кровавым месивом
глаголя
провалившись в дыру желания
она не могла определить
где верх где низ
что есть благость претворения
задуманного в жизнь
древние расчёты
не давали ей успокоения
дни пролетали как секунды
зудящая плоть давала о себе знать
раскалываясь на две части
как буриданов осёл
песня о неисчерпаемости лета
об окончании и прожитом
и непромечтанном
место фантомных встреч
со всеми своими призраками
уверенность мысли соскальзывает
испаряется в тар-тарары
ты убеждён в своём всевидении
но что конкретно оно высвечивает
пустырь перед домом
или паузу между словами
это королевство света
оно осветит подземелье ума
в котором спрятались
очумевшие монстры
боязнь победы подвала
следовала за ней до подъезда
она боялась сдаться
выплюнуть признание
одному из чудовищ собственных застенков
она не могла понять
это тоска по невысказанности
или по неволе означаемого
быть пойманным с поличным посреди лета
прищученным или
тем кому наступили на хвост
схватили за ухо и выволокли
из лавки сластей и страстей
где протагонист уже разлакомился
горстьми гребя и запрятывая
богатства несметные за пазуху
пока кто-то не схватил
в самый разгар преступления
летнего непотребства
бесстыжей распродажи
без конца и края
рассадника разнузданного
скользящего сладострастия
пока не осадили пощёчиной
по разомлелой физиономии
так ему и надо
не смог насладиться по полной
неудавшийся чревоугодник
неизвестное раздувается шаром
насколько неизвестное
или известное
неизвестное бьёт по башке
как особенно осознанное
у кого впереди больше неизвестного
у того больше кругозор
люди с известным перед носом
ни на что не годятся
это упёртые зобмаки
нечего нащупывать
нечего угадывать
их мозг мёртв
не то что люди утопающие в неизвестном
они окружены туманом
каждый шаг на краю пропасти
каждый взгляд выколотый
это такой простор воображению
это такое счастье
хочется верить
что навсегда
***
ничего нет кроме тела
всё мышление предопределено
физическими процессами
нравится тебе или нет
осознание своей телесности
единственного что можно пощупать
разрезать и вывернуть наизнанку
как переливающуюся радугу
млечный путь мисимы
какое это разочарование
алкать многого
но остаться с такой мелочью
как собственное тело
вереница сплетённых людей
в истеричном единении
как завещал лев николаевич
они славят победу духа над плотью
никаких декадентских рыданий
никакого зацикливания на своих эмоциях
вот он долгожданный триумф
сплетённые люди славят победу единения с богом
и с человеческом братством
как и надлежит любому произведению искусства
верёвки из людей оплетают планету
змеёй кусающей свой хвост
истошные вопли — это прекрасное песнопение
возносящее единяющихся в небесную твердь
видимо там они познают райские кущи
предадутся дальнейшим прославлениям духа
оттуда они никогда не упадут
они стали невесомыми
уже с тот миг как отворили рот
для прославления славного единения
фиктивная свобода растворяла
слепой поступью
по перелескам желаний
что есть эта свобода
несколько часов до окончания
свобода предаваться праздности
воодушевлению или унынию
непривязанность к бесконечным часам
циферблату смерти
где каждый час это соитие
жизни и смерти
но побеждает смерть
как ни прикидывай
она оказывается победителем
свобода выходит на баррикады
обнажая грудь
задирая руки вверх
и каждый час пытается победить смерть
каждый час раздаётся звон колоколов
кто сумеет понять по ком они звонят
***
одно полезное стихотворение стоит тысячи бесполезных стихотворений
говорил аноним возводя иерархическую структуру
где это бесполезное
и где это полезное стихотворение
кто станет взвешивать текстовые продукты
как куски животных в мясном павильоне
как может взвеситься полезность
что стоит подкинуть на весы
полезное мошенничество
эти весы подкручены
вы нас не обманите
ваше учение сплошная ложь
ложь в благости
и ложь в негодовании
есть ли полезность в бесполезности
может это единственная форма
доступная индивиду в мясном павильоне
Елена Глазова (Брюссель, Бельгия и Рига, Латвия) — поэтесса, художница, кураторка. Авторка четырёх книг стихотворений. Со-кураторка двух международных фестивалей поэзии — «Поэзия без границ» и «Кровь поэта» (оба в Риге, Латвия). Стихи переведены на девять языков. Публиковалась в журналах «Воздух», textonly.ru, «Носорог», Solo Neba, Strāva, Domuzīme, на порталах polutona, satori.lv, punctummagazine и т. д.