Пол — это лава

Пьеса написана в рамках проекта «Драма.Спринт». При поддержке Efes Art Space

 

Дисклеймер: в тексте присутствует обсценная лексика (две с половиной штуки). Автор не хочет и не может оплачивать штрафы, поэтому 18+

 

Действующие лица:

Маша — новая сотрудница

Канат Кондратович — директор офиса

Карина — помощник директора

Венера Бахытовна — бухгалтер

Генплан — архитектор-планировщик

Курьер

Местные жители       

Демон

Девушка

 

СЦЕНА 1

 

Офисное помещение с открытой планировкой. В офисе находятся трое. Молодой (слегка за 30) мужчина сидит за дальним столом, у него небритые щёки и несвежая футболка с логотипом музыкальной группы. Он лениво водит мышкой по столу и смотрит в монитор. Очень красивая девушка (на вид не старше 23-х)  расположилась за ближайшим к двери столом, она копается в косметичке и машинально качает туфельку на пятке. Её компьютер не включен. Ещё одна женщина деловито переставляет на столе бумажные стопки с места на место. У неё аккуратный, но неактуальный макияж, нарядная блуза и год рождения олимпийского мишки. Несколько рабочих мест пустует. 

Входит солидный мужчина в сопровождении девушки. Мужчина выглядит большим директором и таковым является. 

 

Канат Кондратович. Коллеги, любите и жалуйте — новый сотрудник Мария. Быстро, по старшинству, и меня нет. Венера Бахытовна — финансовый мозг компании.

 

Женщина с немодным макияжем кивает.

 

Канат Кондратович. Генплан. 

 

Над дальним монитором поднимается растрёпанная макушка.

 

Канат Кондратович. Карина, моя правая рука.

             

Девушка с туфелькой предупреждающе поворачивается к мятой футболке.

 

Карина. Не смей. 

 

Канат Кондратович кладёт руку на талию Маши.

 

Канат Кондратович. Что ж, осваивайтесь в коллективе, коллектив, осваивайте Марию. Без фанатизма, Маша — ценный экспонат.

 

Директор выходит.

 

Генплан. Итак, диплом, аттестат зрелости, дошкольная группа детского сада: ты у нас кто?

Маша. У меня дипломы по филологии и культурологии.

Генплан. И как этот зверь зовётся?

Маша. Филолог-культуролог.

Генплан. Ух ты. Команда отбой, жизнь сожрёт эту самостоятельно.

Маша. Что?

Генплан. Что?

Карина. Милая, забейте, Генплан — говнюк.

 

Карина артикулирует по буквам слово «г – о – в – н – ю – к». Маша молча повторяет.

 

Венера Бахытовна. Сработаемся.

 

СЦЕНА 2

 

Офис немного трясёт. Маша озирается по сторонам, другие не реагируют.

 

Венера Бахытовна. Машенька, что говорите?

Маша. Рада знакомству и надеюсь оказаться полезной.

Венера Бахытовна. Взаимно, взаимно. Долго осваиваться и не получится. У нас тут встреча с важным клиентом по одному вопросику, и никого, кроме вас. Зато с корабля — на бал, здорово, правда? Считайте, боевое крещение. Только документик подпишем, и вперёд.

 

Женщина копается в бумагах и достаёт пухлую стопку листов, скрепленных вместе.

 

Маша. Да тут целая диссертация.

Венера Бахытовна. Это чистая формальность. Держите ручку.

 

Маша читает договор. У Маши округляются глаза. Венера Бахытовна ёрзает в кресле.

 

Маша. Это что?

Венера Бахытовна. Где, Машенька?

Маша. Да вот же: «Я, имярек, отрекаюсь от веры и от самого Господа Бога и призываю бесов для приворота женского полу». 

Венера Бахытовна. Ой, напутала, это не ваш, это типовой. 

 

Передаёт Маше другой документ. Маша читает.

 

Маша. А это: «по подписанию сего договора в течение 6 (шести) дней по времени от рождества Узурпатора Назаретского Я, имярек, соглашаюсь передать в безраздельное пользование свою бессмертную душу, коя не сможет быть возвращена никакими иными способами».

Венера Бахытовна. И ниже — подпись.

Маша. Вы с ума сошли, я не буду такое подписывать!

Венера Бахытовна. Это потому что вы начали с неинтересного, там в ответственностях сторон всё самое вкусное.

Маша. Это? «В случае, если Арендодатель применит попытку вернуть свою душу и функции, которые она выполняла, Получатель имеет право на бессрочное овладение телом для дальнейшей термической его обработки в стационарных условиях ада на веки вечные».

Венера Бахытовна. Нет, смотрите выше.

Маша. Так… «возможные побочные действия: расстройство сна, апатия, депрессия, избыточное оволосение и обратный рефлюкс».

Венера Бахытовна. Это из старого образца и успешно лечится.

Маша. «Получатель обязуется предоставить Арендодателю: замедленное старение; валютное вознаграждение по текущему курсу; безвизовый въезд в 13 стран мира и неограниченное посещение ближнего Востока в период обострения конфликтов».

Венера Бахытовна. А? Где вы ещё такой соцпакет видели?

Маша. Пожалуй, я пас, и мне пора.

Генплан. С этим возникнут проблемы.

 

Мужчина кивает в сторону окна. Маша видит, как земля вспухает красной царапиной, которая замыкает здание в круг и знаком вопроса упирается в междугороднюю трассу. Края трещины расширяются, их лижут языки пламени. Солнца нигде нет.

 

Маша. Господи…

 

Трое работников офиса чертыхаются, одновременно наклоняются влево и плюют через плечо.

 

Маша. Я в аду?

Генплан. Нет, ад на цокольном.

Венера Бахытовна. Машенька, вам предоставляется уникальная возможность включиться в проект с гарантированными перспективами. Бесценный опыт и неприличное количество бонусов в обмен на сущий пустяк.

Маша. Да что за бред тут творится?!

Карина. Генплан, лекция.

 

Мужчина приосанивается.

 

Генплан. Территория данного жилого комплекса расположена в живописном подножье Заилийского Алатау и включает в себя несколько инфраструктурных сооружений, образующих пятиконечную звезду. Комплекс отличатся комфортной близостью к городу и экологически чистой средой с транспортной доступностью. Масштабное озеленение… 

Маша. И очень авторский ландшафтный дизайн.

 

Разлом ширится.

 

Генплан. Так вот. Под районом пересекается множество тектонических разломов, которые официально считаются зоной высокой сейсмической активности. А неофициально — несущей конструкцией, которая разделяет нас и..

Маша. Вы вызвали сатану.

Венера Бахытовна. Это, Машенька, как бы так сказать, неожиданные последствия не совсем законной постройки, из которых наше верховное руководство выжимает лимонад.        

Маша. И что, вы просто дали взятку земельному комитету или кому там?

Генплан. Когда литосферные плиты некстати стыкуются на территории с такими видами, можно договориться и с более серьёзными персонажами. Были бы ресурсы.

Маша. Как ваши персонажи остановят землетрясение?

Генплан. Наши персонажи и есть землетрясение. Ты бы тоже возмутилась, если с потолка на тебя сыпалась штукатурка, строительные материалы и тридцатиметровый строительный кран. И хотела некоторую компенсацию за причинённые неудобства.

Маша. То есть реально вызвали сатану…

Генплан. В разных народах у него своё имя, а мы не особо хотим его звать в принципе. Скверный характер, знаешь ли.

Карина. И копытца.

Маша. И что он от вас хочет?

Генплан. Покоя, умиротворения, слияния с бесконечно вечным и души, конечно.

Маша. Не могу поверить, что вы серьёзно.

 

Здание трясёт.

 

Генплан. Откажешься продавать — и всему конец: дому, жителям, нам, может, и всему человечеству, директор говорит — мыслить масштабно. Всего-то какая-то душа, ты и не замечала её раньше. 

Маша. Вы больные, что ли?

Венера Бахытовна. Мы здоровые. И богатые.

 

Раздаётся грохот, дом кивает в сторону и выравнивается.

 

Маша. Да это же неправильно! Этот ваш директор, владельцы — это они виноваты. Вся система, которая создала проблему там, где строить нельзя, а для вас поддерживает легенду о жертве, вместо того чтобы свернуть проект. Это иллюзия персональной ответственности, которую внедряют в медиапространство большие корпорации, действительно виновные в глобальных факапах.

Венера Бахытовна. Красиво завернули, Машенька.

Генплан. Карина, ты как?

Карина. У меня уши заложило. Что она говорит?

Генплан. Говорит, что начальник сам дурак, а мы лохи.

Карина. Это обидно.

 

СЦЕНА 3

             

Слышится шум, кричат люди, сигналят автомобили, вдалеке нарастает звук полицейской сирены.

                          

Маша. Что, демоны ваши полезли? 

Генплан. Можно и так сказать.

Венера Бахытовна. О, это наши подопечные митингуют, у них из-за разлома опять воду отключили, они пошли трассу перекрывать. (Выглядывает в окно.) Отсюда кажутся ещё меньше и смешнее. 

Маша. А разлом? Его же видят.

Генплан. Да ничего они не видят. Это для нас — разлом, а для них — спецэффекты с аварией на водопроводной линии. Сейчас выйдут, пошумят, пару раз получат в морду от областных таксистов, дождутся телевидения и по домам. Обычная схема.

Маша. И что, работает?

Генплан. Ну как подпишешь, так заработает.

Маша. Ни за что не буду!

Венера Бахытовна. Машенька, давайте обсудим…

Карина. Идея!

Генплан. Карина, плод моих ночных терзаний, ну откуда вдруг идея? Твоя голова не для идей, а для волос, зачем эти глупости.

Карина. Нехороший ты человек, Гена. Можно же прыгнуть и очистить душу.

Венера Бахытовна. Теоретически всё можно, Кариночка.

Генплан. Ну вот, пошли спойлеры. Короче, Мария, ходят слухи, что с адской каббалы можно и соскочить, если в буквальном смысле броситься в разлом. Физическое тело испарят, плюшки посмертно отнимут, зато душа, чистая, как дистиллированный спирт, залетит прямиком в небесный пентхаус.

Венера Бахытовна. Ну и кто первый готов поджарить пятки? Лес рук.

 

СЦЕНА 4

 

Маша. Там мужчина стоит на самом краю разлома. 

Генплан. И что?

Маша. Упадёт же.

Генплан. Упадёт — так приедут наши менты и оформят как несчастный случай. А мужик сгорит, конечно.

Маша. Ой! Упал.

Генплан. Бывает.

Маша. Значит, всё? Человек прыгнул, демон доволен?

Генплан. Э, хитрая. Во-первых, надо добровольно. Во-вторых, ипотечников уже пробовали — всех обратно возвращают. Им в аду больно комфортно: и сковородка без процентной ставки, и личная котельная. Высыпаться начали, вес набирать! Короче, всю местную статистику страданий испортили. Нам потом пришлось полгода оргии в полнолуние устраивать, и всё равно KPI в минусе.

Маша. И нестрашно?

Венера Бахытовна. А чего нам бояться, Машенька? У нас вечный трудовой договор и полис, покрывающий расходы на стоматологию, я лично выбила.

Карина. Может, мне и страшно.

Маша. Тогда прыгайте, сами же сказали.

Генплан. Мы не можем. Венера Бахытовна — особо ценный сотрудник, Карина — узкий специалист орального профиля, а я просто умный.

 

Карина закрывает ладонями лицо.

 

Карина. Да нет у меня ничего с директором!

Венера Бахытовна. Кариночка, тут нечего скромничать, за такие бонусы и я…

Генплан. …прислуживаться рад.

 

Карина качает головой, как упрямый ребёнок.

 

Карина. Ему нечем спать.

Генплан. Карина, мы тебя тоже относим к красивым, но формулируй яснее.

Карина. У Каната Кондратовича нет этого самого.

Генплан. Чего нет?

Карина. Ну… письки.

Венера Бахытовна. Прошу прощения?

Карина. Да члена у него нет!

 

Тишина поглощает офис. Фоновый шум за окном смолкает.

 

Маша. Это какой-то эвфемизм?

Генплан. Ты давай-ка, завязывай со страшными словами, бедолагу и так трясёт от длинных предложений.

Венера Бахытовна (ласково). Милая, вы так выразились, что мы можем неправильно вас понять.

Карина. Канат Кондратович гладкий, как кукольный пупс.

Венера Бахытовна. Зачем же вы тогда?..

Карина. Для статуса.

Генплан. И денег.

Карина. И денег! А то ты здесь не ради них.

Генплан. Не надо ровнять. Ты тратишь на ноготочки, а я на лечение дочери.

Венера Бахытовна. И «Дукати».

Генплан. А?

Венера Бахытовна. Не пугайте, говорю. Вдруг это заразно.

Генплан. Карина?

Карина. А что «Карина»? Канат Кондратович сам виноват. Обменял продолжение рода на большую власть и обрадовался. Сам-то рожать не собирался. Кто бы знал, что оно так ритуально.

Маша. Вы хотели сказать «радикально». Вот так вы все по частям и развалитесь, если продолжите.

Венера Бахытовна. А я вам говорила читать всё, что написано мелким шрифтом. Презентацию делала с картинками.

Маша. И именно поэтому подсунули мне свой контракт на 666 страниц.

Венера Бахытовна. Ой, деточка, бухгалтер — человек подневольный. Я и так тут по самые уши в материале и при любой проверке первая пошла бы в автозак. Надо приспосабливаться и правильно выбирать друзей.

Маша. Ага, обесписечных… обесписенных... ну вы поняли.

Генплан. Фу, Маша. А с виду культурная девочка. Два диплома, опять же. Карина у нас, конечно, не самый светлый ум, но насчёт денег права. Мы тут из-за денег и того, что они приносят.

Маша. Но вы ради своих денег жертвуете моей жизнью.

Генплан. А разве ты уже не сделала с собой то же самое?

 

СЦЕНА 5

 

Маша. А если вы ошибаетесь?

Карина. В смысле?

Маша. Если нет никаких демонов, дьяволов и дивидендов? Вы даже не проверяли, а вот так запросто поверили в такую чушь.

Генплан. А ров с лавой?

Маша. Тектонические сдвиги звучат разумно.

Генплан. Ну, представь тогда, что мы действительно психи и каждый год здесь без вести пропадают люди при подозрительных обстоятельствах. А ты единственный свидетель. Что делают с единственным свидетелем?

Маша. Ничего хорошего.

Генплан. Именно. Так что выбирай: либо хтонический ужас, либо бетономешалка.

Маша. Голосую за хтонический ужас. 

Генплан. Умница.

Маша. Но всё равно не верю.

Генплан. Ну так и подпиши, если не веришь. Это всего лишь бумажка.

 

Маша молчит.

 

Генплан. Так я и думал. Собой ты жертвовать не хочешь, а нами — запросто.

Маша. Спасение невинных душ — это прекрасно и благородно, любой бы согласился на вашем месте.

Венера Бахытовна. Знаете, Машенька, не чувствуется в вас коллективный дух, боюсь, так мы не сработаемся.

Маша. А я напоминаю, что вы всё ещё пытаетесь отдать меня подземного демону.

Генплан. Частично.

Венера Бахытовна. Вот! Вы намерено саботируете решение руководства и разобщаете коллектив. Такое тут не приветствуется. Я в первые годы даже отпуск не брала, на выходных приезжала, а у меня тоже, представьте, была жизнь, юность и планы. Я, может быть, мир хотела посмотреть.

Генплан. И поехали?

Венера Бахытовна (взмахивает рукой). И проехали. Потом муж умер, я съехалась со свекровью, и как-то стало не до всего. Она смирная, но я с ней задыхаюсь.

Маша. А уйти?

Венера Бахытовна. Каждый несёт свой крест, Маша. У меня мёртвый муж и свекровь. А у вас спасение человечества, но вы выкобениваетесь. Не хотите подписывать из солидарности, тогда прыгайте из тщеславия, там и грехи спишутся.

Маша. Ну вы ещё свечку за меня поставьте.

Венера Бахытовна. А и поставлю. Я за всех ставлю.

Генплан (кашляет). Венера Бахытовна…

Маша. За кого это «всех»? Я не первая?

Генплан. Женщина никогда не ответит честно.

Карина. Придурок.

Генплан. Ты мне тоже очень нравишься.

Маша. И скольких ещё вы загубили?

Венера Бахытовна. Ну почему сразу «загубили»? Мы, положим, никого не убивали. Это свободное волеизъявление, мы лишь посредники. Ну есть же и у вас какие-то желания.

Маша. А у вас право выбора. Вас заставили, но…

Карина. Кстати, об этом.

Генплан. Карина.

Карина. Маша вот-вот наша, пусть знает, как всё случилось.

Маша. Я бы послушала.

Венера Бахытовна. Благословляю.

Карина. Ой, тут в первый раз такое началось, Маша! Всё скрипит, трещит, шатается. Дверь заклинило — не выйти. Венера Бахытовна давай молиться, и окно как лопнет, Венеру Бахытовну — в решето. Я кричу: «Господи!» (Сплёвывает.) И на меня рушится стена. Но Генплан! Прыгает под стенку, падает рядом — осколки кругом, жуть. Толкает снизу, а толку — сплющило обоих. И слышу: шепчет «да чёрт…» И сразу всё стихло. Стена на месте, стекло в раме, колготки и те целые.

Маша. И так вам предложили продать души?

Генплан. Ну не то чтобы именно «предложили».

Венера Бахытовна. Мы сами прикинули эффективность запроса и решили, что результат превысил ожидания.

Генплан. А Венера Бахытовна всё юридически оформила.

Карина. Лучшая сделка в нашей жизни — так ты сказал.

Маша. Это безумие.

Венера Бахытовна. Это рабочая инициатива.

Маша. Вы просто идиоты.

Генплан. Карина, тебя оскорбили.

 

СЦЕНА 6

 

Карина крепко сжимает подлокотники кресла и резко встаёт.

 

Карина. Я нетупая.

Маша. Я не так сказала.

Карина. Нетупая, ясно? Просто я всегда была красивая и получала, что хотела. Мне не надо быть слишком умной, или смелой, или смешной. Ну как тебе.

Маша. Спасибо, наверное.

Карина. А теперь из-за тебя я чувствую себя плохо. Как будто я сделала глупость.

Маша. Ты и сделала глупость! Вы все сделали.

Карина. К чёрту. (Поворачивает голову к окну.) Да, к тебе! Ну и не надо мне этих денег. Я тоже хочу по любви. Хочу, как Венера Бахытовна, так любить, чтобы даже и мёртвого. И пусть нищий! Даже хорошо, если нищий. В курьера влюблюсь, если надо.

 

Венера Бахытовна грустно смотрит на Карину. Звонит офисный телефон. Девушка поднимает трубку.

 

Карина. «Найн сёркалс девелопмент», Карина, добрый день… Нет, не заказывали… Точно? (Закрывает динамик рукой и обращается к коллегам) Кто заказал пиццу?

 

Маша поднимает руку.

 

Маша. Это я хотела проставиться в первый рабочий день.

Карина. Пропускайте.

 

Девушка кладёт трубку. 

Раздаётся стук, Карина открывает дверь. За дверью стоит курьер. Одной рукой он держит пару коробок с пиццей, второй упирается в косяк. Мужчина шумно и часто дышит.

 

Курьер. Добрый… фу-у-ух. Вы хоть предупреждайте, что у вас лифт едет только вниз.

 

Курьер смотрит на Карину и осекается. Он протягивает пиццу в её сторону, но не отпускает. Карина берёт коробки с другого края и смотрит ему в глаза. Взгляд мужчины теплеет. Курьер начинает перебирать пальцами ближе к её рукам.

 

Маша. Спасибо.

 

Карина вздрагивает и роняет коробки.

 

Генплан. Спасибо, дура.

Курьер. Извините.

Карина (одновременно с курьером). Простите.

 

Оба опускаются на колени и хватают картонную упаковку. Их взгляды снова встречаются, мужчина и женщина замирают.

 

Генплан. «Каспи» ма?

Курьер. А?

Генплан. Чаевые на «Каспи»?

Курьер. Не положено.

 

Генплан отпихивает оторопевшую Карину, забирает коробки и закрывает перед курьером дверь. Достаёт кусок пиццы и начинает есть.

 

Генплан. Ну что ты смотришь глазами побитой собаки? Беги, ещё успеешь догнать и отчалить в голодное будущее на казённом самокате. 

 

Карина не двигается.

 

Генплан. Не готова ты, Кариша, на жертвы ради любви, если она не монетизируется. 

 

С высоты 13-го этажа курьер похож на жёлтый пиксель: маленькая фигурка выплывает из здания и движется в сторону разлома. Огненное щупальце тут же слизывает её с края.

 

Генплан. В следующий раз пробуй с промышленным альпинистом: они привязаны.

 

Генплан откусывает ещё кусок. Карину тошнит.

 

СЦЕНА 7

 

Из динамиков раздаётся голос директора.

 

Канат Кондратович. Коллеги, не затягивайте.

 

Четыре пары глаз поднимаются к камере наблюдения, установленной в верхнем углу офиса.

 

Канат Кондратович. Если вы не справляетесь с поставленной задачей, придётся подумать над кадровыми перестановками. Это разочаровывает. 

 

Все молчат, на лицах написано ожидание.

 

Канат Кондратович. Венера Бахытовна, ваше последнее слово?

Венера Бахытовна. Квартальный отчёт!

Канат Кондратович. Понял, нужна мотивация.

 

Раздаётся оглушительный треск, по полу змеится алый разлом. Маша паникует. Девушка роется на столе, находит скотч и начинает заклеивать края трещины.

 

Генплан. И что ты делаешь?

Маша. Что могу! 

Генплан. Бесполезно. Туши, души — вот и все варианты. Может, обряд с девственницами ещё бы и сработал, но последних извели на Джареда Лето. В следующий раз надо у айтишников выпросить, там этих нецелованных — целый отдел.

Маша. И тебя не замучает совесть?

Генплан. Только не надо меня жалобить. До того как оказаться здесь, я делал отцам памятники для дочерей, и было у меня для этого целое агентство. Моё жалко отсохло. Кариша, ничего личного. Хочешь сострадания — обращайся к Венере Бахытовне, у неё этого добра навалом. Ей всех жалко. Она вон неделю плакала, когда её мальчиков в армию забрали.

Маша. Внуков?

Генплан. Ага, из BTS. Потом ещё неделю рыдала от радости, когда вернулись. Даже бабку эту выхаживает, давно сдала бы в дом престарелых.

Венера Бахытовна. Это у вас сердце каменное, и любить вы не приспособлены.

Генплан. Вам, Венера Бахытовна, тоже пора с этим завязать, дело-то неблагодарное. И старуху спихнуть, тем более что она даже не ваша. Пусть о ней заботятся специалисты за деньги.

Венера Бахытовна. Это не так просто, как вам кажется.

Маша. А что со старушкой? Деменция?

Генплан. Как бы не так. Эта карга помнит каждый суп, что Бахытовна недосолила.

Венера Бахытовна. Так и было. А потом она забыла и меня, и сына, и себя в каком-то роде тоже перестала знать.

Генплан. Я настаиваю на санитарах.

Венера Бахытовна. И упакуют нас обеих.

Маша. А вас-то куда?

Венера Бахытовна. Туда, где добрый доктор во всём с тобой соглашается и запирает в палате без дверных ручек.

Генплан. Эх, и сильно она вас допекла.

Венера Бахытовна. Ей уже недосуг.

Генплан. Спеклась старушка?

 

Венера Бахытовна глубоко вздыхает. Комната трясётся.

 

Венера Бахытовна. Я однажды вернулась домой, а дома тихо-тихо. И она не кричит больше. Лежит в своей спальне, уставившись в потолок. Какое там умиротворение, лицо как на жутких картинах Гоий, вы, Машенька, должны в этом разбираться.

 

Маша кивает.

 

Венера Бахытовна. А мне так спокойно стало. Страшно, но спокойно. Я комнату запечатала и притворилась, что всё в порядке, — за годы брака я хорошо научилась притворяться. А потом будто и в самом деле забыла.

Маша. То есть всё это время вы храните засушенную бабку?

Венера Бахытовна. Мумифицированную — это важно.

Генплан. А я думал: что за запах странный.

Карина. А я думала, что у вас томфордовский «Лост Черри».

Маша. То есть мы дружно промолчим, что это — пиздец.

 

Венера Бахытовна морщится.

 

Генплан. Венера Бахытовна маты не переносит. Интеллигенция.

Маша. Хорошо. То есть ничего хорошего, но допустим. Старушка ваша была порядочным человеком?

Генплан. Да, порядочной су…

Венера Бахытовна. Я бы попросила. О мёртвых либо ничего, но жизнь её была далеко не тем примером, которому нужно следовать.

Маша. Никаких райских врат и кучерявых ангелочков?

Венера Бахытовна. Совершенно противоположный адрес.

Маша. Так и где вы проведёте вечность вместе, когда всё кончится?

 

Венера Бахытовна удивлённо вскрикивает.

 

СЦЕНА 8

 

Венера Бахытовна. Что мне делать?

Карина. Обратитесь к Генплану, у него гробы по скидке.

Генплан. Это ты сейчас пошутила? (Смотрит на Машу.) Ты её сломала! Она никогда так раньше не делала. Воистину, мир сошёл с ума, и мы на грани конца света. 

Маша. Надо прыгать. Тело — тлен.

 

В помещении становится жарче.

 

Генплан. Всё плохо.

Маша. Всё с самого начала нехорошо.

Генплан. Мне нельзя умирать! У меня дочь на лечении.

Карина. Да пошёл ты, Гена.

Венера Бахытовна.  Боже.

 

Женщина машинально сплёвывает три раза через левое плечо, затем нежно похлопывает по бумажным стопкам.

 

Венера Бахытовна. У меня всё в ведомостях. У вас белая зарплата 42 500 и шесть лет задолжности по алиментам. Так что идите на хуй, Гена. Конкретно вы никого не спасаете.

Маша. А я вообще не удивлена: чувствуется в вас какая-то гадость.

Генплан. Ещё меня расходники не отчитывали.

Маша. Она вообще больна, ваша дочь?

Карина. Откуда ему знать?

Генплан. Болела. Поди выздоровела, если молчат, так ведь?

Маша. А если нет?

Генплан. Тем более нет смысла! Это не я их бросил — сами ушли.

Карина. Потому что ты говнюк.

Генплан. Потому что я говнюк, который портил всем жизнь, да. Зато теперь я сам по себе — ни скандалов, ни головной боли, ни ответственности.

Маша. И крутой мотоцикл.

Генплан. Очень крутой.

Маша. И насколько?

Генплан. От нуля до ста за две с половиной секунды.

Маша. Не быстрее мысли.

Генплан. Какая поэзия.

Маша. Они всё равно вас догонят. И мысли, и совесть, и больная девочка. 

Генплан. Да подавитесь, у меня накопительное страхование жизни.

Венера Бахытовна. И выплату по нему в лучшем случае получит ваша пра-пра-пра-пра-пра…

 

Венера Бахытовна мысленно считает, делая круговые движения пальцем.

 

Маша. Вы же можете проверить, да хоть в «Гугл» их вбейте. 

Генплан. Я бы забил кое-кого другого.

Венера Бахытовна. Не надо насилия!

Маша. Вы меня не ударите, потому что трус. Вы трусите вернуть семью, трусите уволиться и даже сесть на свой навороченный драндулет, гниющий под слоем пыли, вы тоже трусите.

Генплан. Да что ты мелешь?

Маша. Путь к сердцу мужчины ведёт через паркинг. А других дураков с «Дукати» там нет.

Генплан. Думаешь меня переубедить?

Маша. Думаю, что вы устали и сами уже решили.

 

СЦЕНА 9

             

Люди за окном уже не кричат. Пахнет гарью. Венера Бахытовна подходит к Карине.

 

Венера Бахытовна. Этот день меня утомил. Кариночка, вы готовы?

Карина. А это важно?

Генплан. Только не говорите, что вас проняло спустя столько лет.

Венера Бахытовна. Всё заканчивается.

Генплан. Вы две идиотки.

Карина. А ты один говнюк.

 

Женщины обнимаются.

 

Генплан. А ну его нахер.

 

Генплан встаёт к женщинам. Мужчина смотрит в пол, Карина размазывает под глазами две вертикальные чёрные линии, Венера Бахытовна беззвучно наговаривает какие-то слова. Шесть рук сплетаются друг с другом.

 

Генплан. Как скучно.

 

Все трое прыгают. Маша делает шаг вперёд к горящему краю. Оживают динамики.

 

Канат Кондратович. Не надо.

 

Маша останавливается, носки её ботинок нависают над проломом и нагреваются.

 

Канат Кондратович. Достаточно.

 

Пролом затягивается. На паркете остаётся едва заметный шрам и лежит пустая коробка из-под пиццы. На коробке синей ручкой выведена надпись: «Оплата при получении».

 

Канат Кондратович. Ты выиграла. Живи с этим как хочешь. Не смею больше задерживать. 

 

Маша смотрит на скукоженный лист, лежащий под ногами. Лист обгорел по краям и деформировался, но текст контакта остался нетронутым.

 

Маша. Канат Кондратович?

Канат Кондратович. Слушаю, Маша.

Маша. А это правда, что у вас письки нет?

 

ЭПИЛОГ

 

Кабинет директора. Канат Кондратович стоит возле окна и читает новое резюме. Кресло напротив занимает девушка. Её лица не видно, она сидит спиной.

 

Канат Кондратович. Лучший балл на курсе?

Девушка. Не хочу хвастаться, но меня отмечали.

Канат Кондратович. Не сомневаюсь. Так и кем в нашей компании вы видите себя через…

 

В кабинет входит Маша. На Маше строгий костюм. Волосы небрежно завёрнуты в пучок, который удерживает ручка.

 

Маша. Добрый день. 

 

Маша подходит к Канату Кондратовичу, берёт из его рук документ и садится за стол. Мужчина идёт к выходу. 

 

Маша. Канат Кондратович?

 

Мужчина останавливается возле двери.

 

Маша (доброжелательно). Канат?

 

Мужчина вздыхает.

 

Канат Кондратович. Чай, кофе?