Девять один один

— Получилось! Ты прикинь, у нас прёт! Мы взломали этот их колл–центр! Нашли лазейку! Только представь наши имена в новостях: «Два чела из MIT[1] хакнули "Девять один один"!» — восклицал молодой британец. — Стоило подключиться к одной из тысяч линий. Легче лёгкого, — сказал он, потирая красные глаза.

Симметричная маленькая комната с двумя кроватями — одинаково грязными и неухоженными, разделённая разными культурами, но объединённая одной страстью. Её стены давно пропахли гарью и крепчайшим кофе.

— Ага, легче лёгкого, конечно. Мы столько ночей жопу над этим рвали, — проворчал его американский сосед по комнате.

— Да я прикалываюсь, бро, — протянул британец, дружески ударив его по плечу.

На левой стороне комнаты висели плакаты Red Sox[2], Nirvana[3], флаг New England Patriots[4] и прочие. За кроватью — стол, на котором взорвалась хакерская бомба: множество плат, сборных устройств, ещё дымящийся паяльник, открытый большой ноутбук, испускающий утомительный синий свет, и каскад проводов, спадающих на пол, словно резиновый водопад, содержащий внутренние потоки из тысяч сигналов и кодов.

— Про шляпу не забудь, англосакс, а то…

— Да-да, я тебя слышу, не ной. Я в курсе. Надо сходить к профу и за белых хакеров поручиться. Белую шляпу[5] забрать, — промычал британец устало.

В правой части комнаты лампа освещала хаос на другом столе. Наполовину полные контейнеры с едой, пирамида из банок энергетика, те же самые платы, сенсоры и чипы, а также провода, свисающие как лапша. Плакаты группы The Clash, альбома «London Calling»[6], Metal Gear Solid[7], и красный постер с короной и надписью «Keep Calm and Rootkit»[8] красовались на британской стене. Громоздкий ноутбук ярко светил в лицо британца, выжигая код на его голубой сетчатке глаз.

Ночь была молода. Их единственное окно выходило на реку Чарльз. Музыка и звуки тусовки пробивались сквозь закрытое окно. Они сами только вернулись оттуда.

— Йоу, погодь, звонок. Прикинь, я могу его взять! О, крутяк! Чё, берем? — сосед повернулся к американцу, но, не дождавшись ответа, проговорил: — Да чё я тя спрашиваю, ссыкуна? Повеселимся, тролльнем и ничего плохого не случится, не так ли? Всё, беру.

Он принял звонок и поправил светящиеся наушники.

— Ничем хорошим это не кончится То…

— Завались! — грубо перебил британец. — Так… кхм. Служба «Девять один один», эта линия записывается, — еле сдерживая смех, он сказал серьёзным тоном. — Где у вас случилась черезвычайная ситуаци...

— А-А-А!! — Парень скорчился от донёсшегося визга. — Помогите, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!! Мой парень. Я ему изменила, и он просто в бешенстве! Он клянется убить меня! — визжал высокий молодой женский голос.

— Стоп,стоп деваха, — британец раздражённо оттопырил наушник, — ты ведь в курсе, что за такие пранки, феды, то есть мы, — он усмехнулся, — можем влепить штрафу, что мало не покажется?

— Нет-нет!! Это не шутка! Пожалуйста, помогите!

— Не убьёт он тя, дура! — вырвалось у парня. — Он просто п… балаболит! Тем более ты ж ему изменила, — он опять усмехнулся, но более злодейски, — так что немного поорать на тебя — это по делу. Давай, я сбрасываю, подруга.

— Стойте! Пожалуйста, не бросайте, умоляю! В-вы… вы его не знаете. Я знаю. Он… он воевал на каких-то востоках и сидел за убийство… — проговорила девушка умоляюще.

— Ага, но, к сожалению, ты оказалась неверна ему. Тем более нафига спать с таким криповым челом? Дай угадаю: ты блондинка?

— Н-нет. Только вчера перекрасилась в брюнетку.

— Точно блонд… Так, я отсоединяюсь. Всего хоро...

— Не-ет! — опять завизжала она. — Умоляю! Прошу! Будьте со мной! — Вдруг послышался нечеловечески низкий крик. — О нет-нет-нет…

— Это он так орёт? Иисус Христос, да у парня рокерские связки, — изумился британец. — Он случайно не вокалист Metallica[9]?

— Прошу, помогите мне! Он поднимается, я слышу. Я закрылась в своей комнате. Не знаю, как долго дверь сможет его сдерживать! — Девушка говорила дрожащим голосом. — Я в Калифорнии, Лос-Анджелес! — И она продиктовала адрес.

Парень отодвинул микрофон от рта и закрыл его в кулак. Повернулся к соседу по комнате:

— Эй, Джон, думаешь останемся на линии? Буду её «эмоционально поддерживать». — Он снова усмехнулся. — Заодно и шоу посмотрим.

— Ужасная идея. Нам так влетит, — американец помолчал секунду. — Дай мне тоже послушать.

— Ща я звук выведу, чтоб ты тож слышал. — Британец быстро поклацал мышкой, пока сосед надевал наушники. — Готово.

Он снова пододвинул микрофон к себе.

— Хорошо. Готовься извиняться и ползать на коленях, — сказал саркастично. — Придумай какие-нить отмазки, ну как умеешь. Скажи, что это только тело, а душой ты ему верна, — сымитировал он невинный женский голос, — или какую другую дичь. Ты его только разозлишь, сопротивляясь.

— Вы предлагаете мне сдаться?! Извиняться?! — воскликнул женский голос в недоумении.

— Ага. Понимаю, что говорить «сорян» — не твой стиль, но, поверь, я сертифицированный оператор, — он взял бумагу и пошелестел ею, — я тут по инструкции действую, ок?

Неожиданно донеслись громкие звуки треска дерева. Вечеринка и музыка из окна замолкли. Девушка закричала в ужасе и слезах. Оба парня переглянулись.

— Он ломает дверь?! — воскликнул британец.

— Он ломает дверь! — подтвердила звонящая. — У... у... у него нож в руке! Он дверь ножом рубит. — Она разрыдалась в телефон. — Мамочка, я боюсь!

— Чё за хрень творится? Куда ты меня затащил? — нервно выкрикнул Джон.

— Захлопнись, индивидуалист! Подруга, забудь всё, что я сказал. У тебя есть где спрятаться? Ты на каком этаже?

— У нас частный дом. Я... я... я на втором этаже.. М-можно уйти под кровать или в гардероб. 

— Стейси! — в наушниках проорал низкий мужской голос.

— М-малыш, п-прошу н-не злись. Я... я...

— Не говори с ним и не подходи к двери. Открывай окно! Давай!

— Х-хорошо. — На секунду её голос пропал. — Н-не открывается! Застряло!

— Выбивай стекло, к чёртовой матери!

— Чем?!

— Чем найдёшь! Давай! Потом под кровать лезь!

Удар. Треск. Ещё удар. Послышался звук разбитого стекла.

— Готово!

— Молодчина! Лезь под кровать! Быстрее! И сидеть как мышка!

— З-залезаю…

Дверь слетела с петель, громко падая на пол. Ослеплённый яростью мужик залетел в комнату. Его дыхание и особенно шаги были хорошо слышны в динамиках.

На другом конце линии британец выключил микрофон.

— Какая жесть, Джон! Вызовем полицию? Мы должны вызвать, — он потянулся к телефону трясущейся рукой.

— С ума сошёл? — Джон схватил его руку. — Нас посадят, и мы просрём всю жизнь в тюрачке! Нас не отпустят за помощь бедной гражданке. И не будет нам никакого диплома MIT и светлого будущего.

— Мы не можем оставить её ему на растерзание!

— Бро, лучшее, что мы можем сделать, — это свалить.

— Предлагаешь её бросить?!

— Считай, что это одна жизнь взамен на наши две. Если мы уйдём сейчас и приберёмся за собой, то, возможно, сможем вылезти сухими из воды. Главное, чтобы никто об этом не узнал. Мы не можем рисковать дипломом и своим будущим, чтобы спасти какую-то дуру!

— Наши дипломы — это фигня в сравнении с жизнью. Бумажка!

— Эта бумажка — годы знаний, усилий и потраченных денег. И всё сольётся в сортир! Нас ждёт светлое будущее, англосакс, — Джон схватил британца за руку. — Будешь при короне служить айтишником!

Британец посмотрел на красный постер. «Сохраняй спокойствие», — он ему твердил. «Сохраняйте спокойствие и продолжайте действовать» — оригинальный плакат всплыл в его памяти.

— Иди к чёрту, индивидуалист хренов! — крикнул он и вырвался из хвата американца. — Ты либо со мной, либо без меня, усёк?!

— Тогда я в этом говне не учавствую! — Джон обижено ушёл на свою сторону.

— Ну и пошеёл ты!

Британец включил микрофон.

— Подруга, ты как? — обеспокоенно проговорил парень.

— Он ушёл, — девушка облегчённо выдохнула. — Я... я поняла. Вы сказали мне разбить окно, чтобы он подумал, что я выпрыгнула наружу?

— Именно. Какая ты умная, молодец, — сказал он с гордостью. — Нам повезло.

— Так его! Ой, точно. Надо быть как мышка, — она усмехнулась. — Ловко мы его вокруг пальца обвели. Мы хорошая команда. — По голосу он понял, что сейчас она широко и по–детски улыбается. — Спасибо вам. Правда. Не знаю, что бы делала без вас.

— Да-да, конечно… — он отвернулся от экрана.

— Не говори мне, что ты засмущался, бабник, — тихо проворчал Джон.

Британец резко повернулся к нему и злобно посмотрел, но вскоре продолжил прежним тоном:

— Я просто выполняю свою работу, мисс...

— Брукс. Мисс Брукс. Но для моего напарника просто Стейси. А вас как зовут?

— Я… Моё имя Т... — он запнулся. — М-мне нельзя светить личными данными.

— А, точно, инструкция, — она выдохнула. — Ну хорошо, Оператор. Можешь держать своё имя в секрете. Всё равно я узнаю потом. Хорошо, я уже выхожу. Его долго неслышно.

— Хорошо. Сейчас ты должна максимально тихо выйти из дома и сесть в машину. Водить-то умеешь?

— Что за вопросы? Я не типичная крашеная дура. Я сама ездила, куда хотела. Машина на улице. Всё, спускаюсь.

— Ох, только тише будь. — Сердце барабанило в ушах.

— Оператор, здесь мой бойфренд, прямо у двери. Уже вернулся. Что делать?

— Уже?! Вот чёрт. — Он задумался на секунду и взгляд его упал на один из постеров. — Стейси, ты знаешь жанр игр «стелс»[10]? Получится тихо-тихо его обойти и огреть чем-нибудь? Как мышка, — он предложил, закусив губу.

— Н-но он меня на две головы выше, — удивлённо, но тихо сказала девушка.

— У вас же должен быть второй нож, верно? Задвинь ему ножом, — он прочистил горло, — прямо меж ног и беги.

— Но… — Она сглотнула. — Ладно. Я доверяю вам, Оператор, мы всё сможем. Уф, уф, я пошла. Как мышка.

Тишина. Беспокойное дыхание девушки и редкие, тяжёлые шаги донеслись до парней. Британец нервно дрыгал ногой под столом.

— Лучше, чтоб твой план сработал, англосакс. Ещё не поздно отключиться, — опять предложил Джон, на что британец только зашипел.

Послышался звук открывающейся задвижки.

— Я взяла нож, — прошептала девушка.

Шаги мужчины раздавались всё ближе и ближе. Вдруг он заорал громче прежнего и послышался глухой звук, словно упал шкаф.

— Беги! — крикнул британец.

Тяжёлое женское дыхание, кряхтение мужчины. Выстрел! Девушка упала на землю.

— Моё колено!! Ах! — простонала она.

— Стейси? Стейси?! Стейси!! — прокричал британец, схватившись за наушники.

— Н-нет! Н-нет! Отвали! Не приближайся! НЕ-Е-ЕТ!!

Следующее, что они слышали, — это слабые, предсмертные стоны, плачь, мольбы, звуки ударов. С каждым ударом соседи по комнате вздрагивали. А когда они прекратились, британец прерывисто сказал:

— Стейси… моё имя — Томас. 

И трясушейся рукой нажал на кнопку сброса вызова.