Дактиль
Елена Клепикова
Гуляли Жаник и Женик в сквере у дома. Отлично гуляли: и на самокатах накатались, и в догонялки набегались, и на батуте напрыгались. Вот только Женик был что-то невесёлый, задумчивый.
— О чём ты всё время думаешь? — спросил Жаник.
— Понимаешь, у мамы день рождения скоро, хочется что-то такое, — Женик пошевелил пальцами, — такое… интересное, необычное подарить.
— Рисунок подари. Ты корабли хорошо рисуешь, красиво.
— Дарил уже корабль. И бусы из семян акации дарил. И пластилиновую ворону!
— Тогда купи что-нибудь.
— Ты много на это купишь? — Женик вытащил из кармана несколько мелких монеток. — А больше у меня нет.
— У папы попроси.
— Тогда это будет его подарок. Не мой!
Жаник тоже задумался. Думал, думал и вспомнил.
— Женик, своди маму в зоопарк! Нас родители водят, а тут ты её пригласишь и поведёшь! И необычно, и интересно!
Женик только пальцем у виска покрутил, мол, ну сколько можно об одном и том же: билеты денег стоят.
А Жаник продолжал:
— Я по телеку объявление слышал: «Кто принесёт в зоопарк ведро чистых, сухих желудей, получит бесплатный билет».
— Чес-слово?
— Самое-самое чес-слово! — торжественно поклялся Жаник.
И друзья кинулись собирать жёлуди. Правда, сначала они сбегали в магазин и попросили у продавщицы пакетов. А потом! Дубов в сквере было много, желудей нападало видимо-невидимо. Друзья набрали два полных пакета, а потом ещё два, и ещё два. А потом пакеты кончились.
— Слушай, Жаник, а шесть пакетов — это сколько вёдер? — спросил Женик.
— Не знаю! — азартно закричал в ответ Жаник. — Собираем, сколько сможем! Всё собираем!
Они снова сбегали за пакетами и продолжили желудёвый сбор. В конце концов друзья собрали с земли и асфальта все жёлуди. Перед ними высилась гора набитых битком пакетов.
— А где мы их до дня рождения сохраним? Домой нельзя: всё рассказать придётся.
— Ко мне домой можно, на балкон! И «добыча» будет цела, и родители тайну не выдадут. Отвечаю!
Вечером Женику позвонил Жаник и сказал, что он вместе с родителями пересыпал ведром жёлуди в коробки.
— Представляешь, — шептал он в трубку, — три огромные коробки. А в них восемь с половиной вёдер!
— Жаник! — радостно завопил Женик. — Давай мы всех наших пап, мам и нас с тобой в зоопарк пригласим! В честь маминого дня рождения!
Так они и сделали — пригласили всех в зоопарк. И это был очень весёлый и необычный день.
А когда все довольные и счастливые решили, что пора домой, Жаник и Женик подошли к служителю и сказали дружно:
— Мы вам ещё желудей привезём. Так просто, не за билеты.
Однажды тёплым воскресным утром мамы Жаника и Женика встретились возле пекарни. Они купили по пакету маленьких горячих булочек, и мама Женика спросила:
— Ты что такая печальная?
— А чему радоваться? Жаник совсем пропал: целыми днями в телефоне. И играет, играет, играет. — Она махнула рукой и быстро съела булочку.
— С Жеником такая же беда. На все вопросы — «ага-угу-щас», от экрана не оторвать. — И она тоже съела булочку.
— Вот-вот! «У меня каникулы!»
— Да! «Я отдыха-а-а-ю».
Мамы, торопясь и перебивая друг дружку, жаловались на сыновей. У дома они остановились и увидели, что съели все булочки.
— Это на нервной почве. — Мама Женика схватилась за голову.
— Ужас кошмарный! — поддержала подругу мама Жаника. — Эти телефоны до добра не доведут. Пусть с сыновьями папы поговорят, по-мужски.
— Да! Прямо сейчас. И за булочками заодно сходят.
Немного погодя во двор вышли насупленные Жаник и Женик. За ними следом появились папы — голодные и сердитые, потому что их тоже оторвали от смартфонов.
— Наказывать будете? Ремнём бить? — мальчишки встали плечом к плечу, спрятав за спины телефоны.
— Что-о?! — папа Женика задохнулся от возмущения. — Бить детей непедагогично. Просто отберём телефоны.
— Ну вы и… — Папа Жаника хотел сказать «дураки». Но «дурак» слово тоже непедагогичное, и он выразился педагогично: — …олухи виртуальные.
— К-кто? — Друзья так удивились, что даже раздумали реветь.
И папы начали объяснять сыновьям и про олухов, и про виртуальность, и про реальный мир.
— «Железяки», конечно, вещь нужная и важная: позвонить, посмотреть, узнать что-то необходимое. Но сутками в экраны пялиться… А наш настоящий мир прекрасен… — Папа Женика разволновался не на шутку и, как в серьёзном научном споре, привёл тысячу доказательств.
На тысяче первом его прервал папа Женика:
— Ну всё, всё… — И обратился к ребятам: — Значит, так, пацаны. Наше предложение: или вам на посмотреть-поиграть один час в день, или телефоны мы у вас отбираем. Думайте до вечера. А теперь — за булочками. Есть очень хочется.
Весь день Жаник и Женик переживали, как же они смогут жить без гонок, бродилок-спортивок, лабиринтов и всяких-разных других игр. А потом подумали и решили, что ведь всё это они могут не в телефоне, а по-настоящему: и на великах наперегонки, и в футбол, и на скалодром сходить, и в бассейн. По-настоящему, взаправду. Поэтому, когда пришли папы, друзья сказали:
— Мы решили — час в день нам на игры хватит.
— Честное слово?
— Честное-пречестное!
— Тогда добро пожаловать в Клуб защитников реальности! — папа Женика пожал ребятам руки.
— А сколько в этом клубе человек?
— Теперь четверо! — И папа Жаника скомандовал: — А сейчас в машину! Поедем смотреть, как взлетают самолёты.
Дождь лил как из ведра. По вечерам Жаник думал, что к утру дождь прекратится и можно будет пойти погулять. Но наступило уже третье утро, а дождь всё не кончался. Что делать в такую погоду: читать, телевизор смотреть, на диване валяться. Лето ведь, в школу не надо. Но одному всё делать неинтересно, даже лениться в одиночку скучно. И в телефоне не поиграешь толком: только час в день можно. Не выдержал Жаник, набрал знакомый номер и взмолился в трубку:
— Женик, приходи! Мы с тобой три дня не виделись. Только телефон да телефон.
— Тогда уж не «приходи», а приплывай, — проворчал Женик. — Ладно, жди.
Скоро раздался звонок. Жаник открыл дверь — перед ним стоял друг, замотанный в огромный прозрачный плащ. Совсем как куколка бабочки. И босиком…
— Ты почему босиком? — Жаник втащил друга в квартиру, помог освободиться от плаща-кокона, дал полотенце, носки и тапочки. — Ну?!
— Хоть «ну», хоть без «ну». — Женик натянул носки, забрался на диван, под тёплый плед. — На улице воды по колено. Любая обувь промокнет сразу. Насквозь. Её ещё и сверху зальёт.
— Ой, Женик, — Жаник схватился за голову. Он подумал о людях, которым надо обязательно выйти из дома, несмотря на такой ливень. Представил, как мама и папа идут на работу, весь день трудятся, а на ногах у них мокрая насквозь обувь. И так ему стало грустно. — Ой-ой-ой, все люди, все-все с мокрыми ногами. Надо спасать человечество, надо что-то придумать.
— Вообще-то, давно уже придумали калоши и резиновые сапоги, — осторожно сказал Женик.
— Калоши! — фыркнул Жаник. — Откуда ты слово такое знаешь? У тебя дома эти штуки есть? — Жаник только вздохнул. — Вот! А сапоги резиновые?
— Тоже нету.
— И у всех так: когда надо — ничего нету!
И тогда они стали думать, как помочь людям, как спасти человечество. Час думали, два думали, и Жаник сказал:
— Женик, вот ты ко мне в плаще пришёл, ты же не промок…
Женик сразу понял идею друга:
— Ты гений! Если плащ не промокает, значит, и обувь такую же надо делать. Из полиэтиленовых пакетов, например. У вас клей «Момент» есть?
— Есть! И пакетов из разных супермаркетов полным-полно!
— Ого-го, у нас есть суперклей, суперпакеты, и мы с тобой будем суперсапожники!
И друзья-суперсапожники стали делать непромокаемую обувь. Они брали сандалию или туфлю, мазали подошву клеем и аккуратно ставили внутрь пакета, на дно. Пакет и подошва склеивались намертво. Жаниковы кроссовки и сандалеты, папины ботинки, мокасины и теннисные туфли, мамины балетки…
— Надо было пакеты по парам подбирать, а то перепутаются ещё, — Женик задумчиво оглядел длинный ряд «непромокаемой обуви». — Ничего, потом усовершенствуем.
— Да ла-адно, кто ищет, тот всегда найдёт, — отозвался Жаник. Он старательно намазывал подошву одной из маминых замшевых туфелек-лодочек клеем. — Главное, как пакет на ноге держаться будет. Ну сунул ты ногу в ботинок, ну пошёл, а пакеты же только подошвой приклеены — вниз сползут.
— Тогда надо к ногам верхушки пакетов приклеивать.
— К ногам пакеты клеить не будем. Давай просто верёвочки привяжем. А на мамины пакеты — ленточки, чтоб красивее было.
Друзья привязали к пакетам «шнурки» — верёвочки и ленточки. Полюбовались делом рук своих: работа была сделана. Жаник натянул на босые ноги два оставшихся пакета, завернулся в плащ и побежал домой. Клеить пакеты к пяткам он отказался наотрез. Да и клей уже закончился.
А вечером родители Жаника позвонили родителям Женика и долго разговаривали. Потом трубку взял Жаник и сказал Женику:
— Знаешь, что-то мне не хочется спасать человечество и улучшать непромокаемую обувь.
— Хорошо, — легко согласился Женик. — Что-нибудь другое придумаем и улучшим.
Родители Жаника ждали гостей. Вечером должен был прийти папин коллега с женой. Папа пропылесосил квартиру, и они с мамой отправились на базар за мясом и свежими овощами. Перед выходом мама попросила Жаника сходить за хлебом. Мелочи у неё в кошельке не оказалось, тогда она дала сыну две тысячи тенге.
Жаник со всех сторон осмотрел красивую зелёную бумажку: он никогда не держал в руках таких больших денег. Удивился про себя: «Это сколько же хлеба нужно купить?» Он взял большой пакет и пошагал в хлебный магазин. Протянув продавщице деньги, мальчик сказал:
— Тётя Соня, дайте мне, пожалуйста, хлеба — белого, «кирпичика». На все.
— Жаник, куда тебе столько хлеба?! — поразилась продавщица.
— Гости сегодня придут, — вздохнул Жаник.
— А-а, гости… — понимающе покивала тётя Соня. Она подумала, что гостей будет человек сто или даже двести. Потом посчитала на калькуляторе, сколько надо буханок, дала Жанику сорок пять тенге сдачи и начала выкладывать хлеб на прилавок. — Как же ты это всё донесёшь?
На прилавке высилась уже целая хлебная гора, огромная-преогромная. Жаник совсем приуныл. Сунул сдачу в карман, рукой наткнулся на телефон и обрадовался: «Ура! Есть выход!» Он набрал номер Женика и, когда тот отозвался, закричал:
— На помощь, друг!
— Что случилось? — испугался Женик.
— У тебя большая китайская сумка есть?
— Есть, клетчатая такая, в ней зимние вещи хранятся…
— Вытряхивай вещи, хватай сумку и беги ко мне. Я на углу, в хлебном!
Скоро примчался запыхавшийся Женик, увидел гору буханок:
— Это твоё? Зачем?!
— Гости, — коротко ответил Жаник. — Давай складывать.
Двадцать три буханки с трудом поместились в сумку. Друзья, пыхтя от усердия, притащили её домой. Они выкладывали хлеб на кухонный стол — получалась самая настоящая хлебная Джомолунгма. Только успели достать и пристроить на самый верх последнюю буханку, вернулись родители. Увидев хлебную гору, папа выкрикнул «Ой!» и почему-то быстро выбежал из кухни.
Мама ничего не крикнула — она опустилась на табуретку, грустно посмотрела на Жаника:
— А если бы я тебе пять тысяч дала, ты бы на все пять хлеба купил?
Друзья переглянулись.
— Мама, столько мы бы даже вдвоём не донесли!
Жаник и Женик сидели во дворе, думали, чем бы таким интересным заняться. Все дворовые приятели разъехались на летние каникулы: кто в лагерь, кто к бабушке, кто на отдых. А играть в футбол вдвоём друзьям уже надоело.
— Давай, что ли, клад искать, — сказал вдруг Женик. — В кино и в книгах все всегда ищут клады.
— Они, которые все, не просто так ищут, — возразил Жаник, — они клад по карте ищут. А у нас карты нету.
— А мы нарисуем!
Сказано — сделано. Какие уж тут игры, когда впереди заблестели горы сокровищ. Друзья взяли лист ватмана, фломастеры и краски и нарисовали отличную карту своего двора. Там были и дорожки, и магазин-фургон, и склад, и сад, и клумбы, и маленькая детская площадка, и даже мусорные баки. А на обороте карты они написали инструкцию: от подъезда — пять шагов налево, потом десять шагов прямо, потом шаг назад, три шага вперёд, и снова столько-то шагов налево, прямо, направо. Взяли лопаты и пошли искать клад.
Ходили они по двору, ходили, считали шаги и, наконец, оказались в песочнице.
— Копаем здесь, — вонзая лопату в песок, сказал Женик.
— Слушай, я вот подумал: а зачем нам клад? — задумчиво спросил Жаник.
— Не знаю зачем. Давай сначала найдём, потом придумаем, что с ним делать, — пыхтя от усердия, ответил Женик.
Жаник поплевал на ладони и тоже вонзил лопату в песок. Скоро они добрались до земли. Земля была сухая и твёрдая, но друзья упорно долбили её и уже выкопали яму размером с большущий арбуз. Вместе с землёй из ямы они вытащили сплющенную жестяную банку, рваный ботинок, молоток и осколки белой фаянсовой раковины.
Мимо шёл дворник, на плече он нёс свёрнутый кольцами шланг. Увидев кучи песка, земли и мусора, дворник бросил шланг и закричал:
— Что вы такое делаете?! Хулиганы!
Жаник и Женик разогнули натруженные спины, вытерли пот со лбов и дружно ответили:
— Мы не хулиганы. Мы кладоискатели!
— Кладоискатели? — дворник посмотрел на ребят, потом на их находки. — Значит, так, пока никто не увидел, быстро засыпайте яму, сначала землю, потом песок — чтобы песочница как новенькая была. Мусор в мусорку унесёте. — Неожиданно улыбнулся. — А за молоточек спасибо. Я его лет пять назад потерял, теперь отмою, почищу, и он мне ещё лет сто прослужит.
Когда друзья закончили работу и присели отдохнуть на бортик песочницы, Женик легонько толкнул Жаника плечом:
— А ты не верил! Пусть маленький клад, но нашли!
— Это тренировка была, — Жаник тоже толкнул Женика. — Настоящий большой клад надо искать ночью! И с правильной картой.
Они подхватили лопаты и побежали домой. Рисовать новую карту.
Родители Жаника пригласили родителей Женика на дачу — свежим воздухом подышать, шашлыков поесть. Дачный участок вытянулся по склону горы: на вершине — домик, а в самом низу — площадка со столом, скамейками и мангалом. Склон был очень крутой, и поэтому на нём никогда ничего не сажали: ни помидоры с огурцами, ни клубнику, ни щавель с петрушкой. Росли на даче яблони, несколько кустов смородины да по границе участка заросли дикой малины. Зато какой воздух!
Весь день родители друзей дышали воздухом, а Жаник и Женик валялись на топчане. Ели малину, запивали молоком, днём в теньке смастерили пару луков и настрогали стрел. В остальное время придумывали, что они будут делать, когда вернутся в город.
День закончился, настал вечер. На небе высыпали яркие звёзды, каждая размером с тарелку. Вершины деревьев шумели от свежего ветра. Ароматный шашлык, пышные лепёшки, чай с мятой… И тут папа Жаника сказал, что некоторым пора спать. Жаника и Женика отвели в домик, мамы поцеловали их на ночь, пожелали спокойной ночи. И взрослые вернулись на площадку, вниз, — дальше дышать воздухом и петь песни под гитару.
Друзьям не спалось, они ворочались с боку на бок.
— А давай, как взрослые, всю ночь не спать, — предложил Женик.
— Всю ночь не получится, — отозвался Жаник. — Мы ещё маленькие, нетренированные. Уснём…
— А давай страшные истории рассказывать. Тогда точно не уснём.
И они начали рассказывать друг другу истории. Только истории все оказались какие-то нестрашные. Зомби, мумии, гигантские черви и жуткие космические пришельцы — всё это по телевизору сто раз видели.
— Я сейчас засну, — широко зевнул Жаник.
И тут Женик сказал:
— Я вспомнил историю про чёрный-чёрный дом!
— Рассказывай. — Жаник ещё раз зевнул и закрыл глаза.
— На чёрной-чёрной горе стоял чёрный-чёрный дом. Вокруг рос чёрный-чёрный лес. Два мальчика, вот такие, как мы с тобой, гуляли чёрной-чёрной ночью в чёрном-чёрном лесу и заблудились. А потом наткнулись на чёрный-чёрный дом…
Жаник приподнял голову с подушки:
— Ну, а дальше что?
— Мальчики зашли в дом. А внутри дом тоже чёрный: чёрные стены, чёрная мебель, чёрные занавески на окнах. И решили они подняться по чёрной-чёрной лестнице на второй этаж…
За стеной дачного домика кто-то копошился и вздыхал, по оконному стеклу царапали невидимые коготки. Жаник подобрался поближе к другу, а тот продолжал:
— На втором этаже была чёрная-чёрная комната с чёрными-чёрными кроватями. Мальчики решили поспать, и тут в чёрную-чёрную форточку просунулась чёрная-чёрная рука!
И в форточку действительно просунулась чёрная рука. Жаник и Женик заорали так, что примчались перепуганные родители. Включили в домике свет — это оказалась никакая не чёрная рука. Просто яблоня, качаясь от ветра, веткой попала в открытую форточку.
— Ну их, эти страшные истории, — Женик с головой залез под одеяло. — Давай лучше спать.
— Давай, — Женик тоже забрался под одеяло с головой, — но свет всё равно выключать не будем.
Елена Клепикова — прозаик, детский писатель, эссеист. Преподаватель и ведущая семинара «Проза и детская литература» в Открытой литературной школе Алматы. Автор восьми и соавтор шести книг. Лауреат литературных премий «Золотое перо Руси», «Корнейчуковская премия» (Украина), «Даробоз», а также лауреат и призер литературных премий и конкурсов, проводившихся в России, Казахстане, Германии. Публикации в литературных журналах и сборниках России, Казахстана, Украины, Германии. Рассказы и сказки переводились на казахский, английский, немецкий языки.