Дмитрий Озерский

166

Дырки

Старуха

 

«В моих глазах темным-темно, —

Шептала мне старуха, —

И если будет мне письмо,

Засунь мне прямо в ухо.

Не зрят глаза мои, глаза,

Всегдавперёдсмотрящие,

Они прозрачны, как слеза,

Но ненастоящие!»

 

«Я с детства не люблю старух, —

Признался мне Евгений, —

Я не терплю их скверный дух,

И смысл передвижений.

Но у меня ни рук, ни ног —

Я в этом мире одинок...

Был чудный день и выходной,

Я жил у женщины одной,

Когда звезда упала

И ничего не стало.

Я плакал день, я плакал два,

И вдруг я вижу — голова!

— Я буду мягче пуха, —

Шептала мне старуха, —

Я заберу тебя домой,

Ты был ничей, а станешь мой.

Ты будешь мой сыночек,

Мой ясный голубочек»

 

 

Дырки


И рот и нос — не дырки,

А лазалки и двери.

Внутри живут бродилки

И сонные тетери.

Сам человек внутри пустой,

От пятки и до уха —

Хоть бей внутри сковородой,

Или летай как муха.

Пещеры гулкие таят

Возвышенные тайны,

Но вслух о них не говорят —

Они необычайны!

Небрежно рыщет зверь лесной,

В полях рыдает птица,

Лишь счастье ходит стороной,

И можно заблудиться.

Здесь мысли, словно пузыри,

Скользят по коридорам,

Они не знают, что внутри,

И жизнь считают вздором.

Здесь очень странные моря —

Лазоревые лужи,

А капитаны говорят

О том, что там, снаружи.

Про сыр, и кто его нашёл,

И помидор откуда,

Про то, что там — нехорошо,

А здесь — совсем не худо.

Они поют, как дети,

И под водой скрываются.

А там — четыре эти...

Забыл, как называются.

Я помню в небе семь светил

Над радугой взошедшей.

Меня, должно быть, проглотил

Какой-то сумасшедший!

Ведь здесь лишь Солнце и Луна,

И ночью плохо видно,

И светит звёздочка одна,

И есть людей не стыдно...

Купил я кошку и коня —

Теперь я местный житель.

Не забывайте про меня!

Пишите мне, пишите.

 

 

***


Я вижу только то, что в голове.

Давно не вижу ничего снаружи.

Я спрятался в саду, в густой траве.

Но под землёй мне стало только хуже.

Я над собой стою, как часовой,

И слышу только постоянный вой.

 

И не было сначала ничего.

А после — раз — и всё опять приснилось.

И пустота, и сердца маета,

И время проявилось, как мечта,

Но только ничего не изменилось —

Я вижу то же, что и не во сне.

И грустно мне.

 

И быль, и даль,

И небо, и печаль,

Вот птица, и клюёт она нептицу,

Вот женщина летит, и мир кружится,

А я сижу внутри, среди ресниц,

И вижу очень много разных странных лиц.

 

Злой человек — он что-то должен мне.

И с ним другой, с узорами на коже.

Ещё какой-то странный человек —

Я вижу ниже век и выше век,

Но только вижу я одно и то же.

Или — похоже.

 

А сердце ноет: прячься, что-то будет!

Зачем тебе вся эта суета?

Зачем ты там, где ходят эти люди?

Где пустота?

Не сбережёшь ты голову свою!

А я стою и песенки пою.

 

Ведь — кто украл — того и голова.

И этот зуд, и рот забит газетой...

И страшный голос, слышимый едва:

Ты плохо жил. Ты заслужил всё это!

Я вижу свет, которым я живу,

И мятую осеннюю листву.

 

О, где же, где же, где же, где же ты,

Мечта моя, мечта моей мечты?..

 

Всё зло моё хранится в голове.

По-крайней мере, там оно лежало.

А светлых мыслей, может, только две...

Я бросил всё. Но лучше мне не стало.

И где-то далека

Болит рука.

И чешется сосок. И тело занемело.

И этот страшный голос: всё за дело!

 

Весь мир — слова.

И я — одни слова.

 

Я напишу письмо твоим губам.

Я нашепчу слова твоим словам.

Я стану нем и тих, как будто палка,

Поверь мне — мне себя совсем не жалко.

Их нас двоих мне жалко только вас.

И этот день, в котором вы живёте.

Но день пройдёт, и скоро вы умрёте.

И свет для вас уже почти погас.

В душе моей и пусто, и тепло,

Всё разделилось на добро и зло.

 

Гори, гори,

Лети, лети,

Найдёшь топор

И не свисти!..

 

Как много закорючек и людей!

Мы движемся! И там, и здесь, и где-то...

Пойми, ты только в голове моей.

А голова моя — на дне пакета.

Её неведомо куда уносят с рынка,

Под свист трубы, под скрип — и странный факт:

Какая-то нелепая картинка.

Под мерное раскачиванье, в такт,

Мы удаляемся. И время как-то сжалось.

И ничего уж больше не осталось.

Ни слов, ни снов, ни сладостных забав.

Лишь терпкий запах незнакомых трав.

 

 

Кузнечики

 

Я стал пустым и равнодушным.

Сижу на дереве, ем птиц.

Их оперением воздушным

Ласкаю тень твоих ресниц.

Молюсь на листья, вижу пятна —

Во всём порядок и уют.

Пусть жизнь возьмёт меня обратно!

Я есть хочу — мне хлеба не дают.

Так задувают вечером свечу,

Когда поют.

 

А день обыденный и странный —

Я многие изведал страны,

Детей и женщин полоня,

Теперь бреду, как деревянный,

И жизнь преследует меня.

То налетает, то таится,

Я спать хочу, но мне не спится,

Я пью и не могу напиться,

И женщин странный хоровод

Проходит задом наперёд.

***

А в голове кузнечики поют,

Стрекозы век моих разжать не в силах...

Здесь по утрам все плачут на могилах —

Никто не помнит, как кого зовут.

 

Звезда

 

На меня звезда упала.

И души моей не стало.

Я теперь — не разберëшь —

Человек-лепëшка-ëж.

Дети просят: научи!

А из меня торчат лучи.

И ко мне не подступиться.

Но зато я стал светиться.

По ночам совсем не сплю.

И никого я не люблю.

 

 

Пчела

 

Когда все ангелы летят,

И гонит смерть своих смертят,

Хвала, хвала тебе, пчела,

За тех, что в небо унесла.

 

Любовь, похожая на смерть,

Грызёт во тьме земную твердь.

У смерти много разных снов.

Хвала, хвала тебе, любовь.

 

Восславься дел моих печаль,

И я бреду в мирскую даль,

И тысячи замёрзших змей

Хрустят под пяткою моей.

 

 

Кукурузовые дети

 

Было грустно. Палец хрустнул.

Мир застыл и кукурузнул.

Побежали по планете

Кукурузовые дети:

Девочка-как-бусинка

И мальчик-кукурузинка.

Там — копейка, там — листок,

Там — дорожка, там — свисток.

Кто-то дышит, кто-то плачет,

Каждый выстрел много значит.

Даже звёзды стали шире —

Что творится в этом мире?

Я стою на голове,

Я не вижу их в траве.

Где вы, дети, что вы, дети?

Прекратите шутки эти!

Мир ужасный и опасный,

Удивительно прекрасный.

На горе растут арбузы,

Под горой плывут медузы.

День — ночь, день — ночь,

Где ты, сын, где ты, дочь?

Молоко, молоко,

Улетаем далеко!

В мире горы и леса,

Миром правит колбаса,

И везде растут кусты.

В мире много красоты!

Девочка-как-бусинка!

Мальчик-кукурузинка!

До свиданья, до свиданья,

У основы мирозданья.

Тихо на воду смотрю,

Ничего не говорю!

Я беру со стенки зонт,

Я гляжу за горизонт.

 

Слышь, Августа: я — капуста!

День прошёл. На сердце пусто.


Изменяются круги,

Измеряются шаги…

 

Девочка-как-бусинка...

Отчего так грустненько?..

Всё кончается всегда.

Все встречаются всегда.

Стала горькая вода.

Всё кончается всегда.

Я один на белом свете.

У меня пропали дети.

Я лежу, закрыв глаза,

И жужжу, как стрекоза.

Пусть они прикатятся.

Уголёк и платьице.

Дмитрий Озерский

Дмитрий Озерский — музыкант, поэт и автор большинства текстов группы «Аукцыон». Играет на трубе, на клавишных и на перкуссии.

daktil_icon

daktilmailbox@gmail.com

fb_icontg_icon