Джанибек Муртазин

336

Спина должна быть ровная

Действующие лица:

 

Толик, 34 года 

Мать, 62 года, мать Толика

Катрин, 34 года, девушка Толика

Мясник, 30 лет

Цветочник, 60 лет

Ереке

Водитель троллейбуса

Друг Толика

Охранник

 

1.

 

Крытый рынок. В будний день посетителей мало. В одном из мясных рядов мясник не спеша разделывает мясо. Он настолько увлечён своей работой, что не реагирует на диалог неподалеку от себя. 

 

Мать. Когда ты станешь человеком?

Толик. А разве я не человек?

Мать. Нет. Ты не человек. Ты чудовище. Сил моих больше нет.

 

Мясник поднимает голову только тогда, когда к нему обращаются.

 

Мать. Это у вас что? Грудинка?

Мясник. Да.

Мать. А где здесь раньше мужчина торговал, с усами, маленький?

Мясник. Ахмед. Его убили в понедельник.

Мать. Очень жаль. А вы ему кем приходитесь?

Мясник. Я его дальний родственник.

Мать. Примите мои соболезнования.

Мясник. Спасибо.

 

Женщина кладёт кусок мяса, завёрнутый в пакет, на прилавок.

 

Мать. С кого спрашивать за мясо, которое продал Ахмед? Его невозможно есть.

 

Мясник разворачивает пакет, в нём целый кусок сырого мяса.

 

Мясник. Так оно же сырое.

Мать. Дураку понятно, что оно сырое. Я купила два куска мяса. Один отварила, второй принесла.

Мясник. Принесли бы тот, что отварили, я бы попробовал.

Мать. А ты что, мне на слово не веришь? Буду я таскать с собой невкусное вареное мясо? Делать мне больше нечего.

Толик. Я его съел. Оно реально не очень.

Мать. До чего же ты тупой… Кто тебя просил вообще разговаривать! Стоишь — стой молча и не издавай ни звука. Идиот. Это ты не то мясо съел, а другое.

Толик. Я тебя в машине подожду.

 

Толик делает несколько шагов.

 

Мать. Толик! А ну, стой. Кто мясо потащит? Я? С больными ногами… Ещё яблоки надо купить!

 

Толик останавливается, поворачивается и снова направляется к матери.

 

Мать (Мяснику). Ну что? Что будем делать?

Мясник. Наверное, это было мясо злой коровы. Это редкость, но такое бывает. Не переживайте, сейчас всё будет.

 

Мясник тянется за новой грудинкой.

 

Мать. Ой, айналайын, вот так сразу бы и сказал, а то «почему» да «почему». Джигит должен быть таким: меньше слов, больше дела.

 

Мясник кладёт кусок мяса в пакет и протягивает его женщине. Женщина берёт пакет. Заглядывает.

 

Мать. Что это? Почему здесь только один кусок, где второй?

Мясник. Я не могу вам дать второй, так как вы принесли только один кусок.

Мать. Не будь дураком, я же тебе говорю: я второй кусок отварила, его невозможно есть.

Мясник. Ну так вы же его всё-таки съели.

Мать. Не ела я его, тебе говорю, прокусить не смогла, не мясо, а резина.

Мясник. Хорошо, ваш сын ел, какая разница. Вы принесли один кусок 1,5 килограмма. Я вам его заменил, даже больше положил на 100 грамм.

Мать. Сдались мне твои 100 грамм, я заплатила за 3 килограмма мяса, отварила половину и поняла, что это не мясо. Вы что охренели тут, мошенничеством занимаетесь? Людей разводите на ровном месте.

Мясник. Никто никого не разводит, тате, успокойтесь, пожалуйста.

Мать. Разводите, разводите, ещё как разводите! Дядя твой, что думаешь, просто так это происходит? Людей разводил небось, вот и получил пулю!

Мясник. Вы перегибаете палку.

Мать. Ты как со старшими разговариваешь?

Толик. Ма, может, не надо…

 

Толик пытается успокоить свою мать, но у него не получается.

 

Мать. Нет, вы посмотрите на него, ты чего себе позволяешь, а?

Мясник. А что я вам такого сказал?

Мать. Я тебе сейчас покажу, как палку перегибают, ты не на того нарвался.

 

Женщина достаёт из сумки пистолет и направляет его на мясника.

 

Толик. Вот чёрт...

Мать (Мяснику). Ну? Что скажешь?

 

Мясник молчит.

 

Толик. Мама, успокойся, пожалуйста. Он ничего плохого тебе не сказал.

Мать (Толику). Не встревай. (Мяснику) Что, язык проглотил? По-хорошему когда с тобой разговаривают, значит, можно, да, людям лапшу на уши вешать, а как пулю в лоб получить, так молчишь? Быстро положил ещё один кусок мяса в пакет.

 

Толик кивает мяснику, чтобы он немедленно сделал то, что она ему говорит, но мясник решает, что у него ещё есть шанс что-то доказать.

 

Мясник. Вы меня наверняка неправильно поняли, никто вам лапшу на уши не вешает, я просто…

 

Раздаётся выстрел. Мясник падает на пол за прилавок. Женщина кладет ещё один кусок мяса в пакет и уходит. Мясники из других отделов начинают стягиваться к телу. Толику неловко. Он извиняется перед очевидцами и уходит вслед за матерью.

 

2.

 

Мать и Толик едут в машине, Толик за рулём. Толик поглядывает через стекло заднего вида на мать. Мать смотрит в боковое окно, на ней очки.

 

Мать. Что ты на меня так смотришь?

Толик. Тебе не кажется, что этот кусок мяса этого не стоил?

Мать. Дело не в мясе, дебил. Стоял смотрел, как с его матерью разговаривают, молчал.

Толик. Нормально он с тобой разговаривал.

Мать. Другой бы на твоём месте сам ему голову разнёс. Когда рядом такие мужики, вот и приходится самой всё решать.

Толик. Да ты вечно всё видишь не в том свете. Вечно тебе кажется, что кто-то тебе грубит, кто-то тебя не уважает. 

Мать. Заткнись! Был бы нормальный сын у меня, не пришлось бы идти на крайние меры. Тупица, как можно было сожрать полтора килограмма резины? И зачем это было говорить мяснику?

Толик. Ну как есть же.

Мать. Как есть — это то, что мозгов у тебя нет. Вот это — как есть.

Толик. Мама, перестань гнобить. Когда это всё закончится?

Мать. Когда человеком станешь, тогда и закончится.

Толик. Всё равно жалко мясника. 

Мать. Мне тоже его сейчас жалко. Если честно, я не специально. Взбесил он меня просто, сама не поняла, как шмальнула. Возраст. Нервы. Давление.

Толик. Ревматизм ещё.

Мать. Точно, ревматизм, самое главное забыла. Старость не радость, короче. Жениться тебе надо, да поскорее, внуков бы увидеть.

 

Мать снова пристально смотрит в окно и задумывается.

 

3.

 

Площадка девятого этажа. Двери лифта. Слышно, как поднимается лифт, так же слышен приглушённый голос женщины, но о чём она говорит — не разобрать. Лифт приезжает, двери начинают открываться, голос женщин слышен отчётливо.

 

Мать. ...понял?

Толик. Да понял, понял.

 

Двери лифта полностью открываются. Толик с пакетами в руках и его мать выходят из лифта.

 

Мать. Это легко. Ну вот, смотри: к примеру, мужчина галантно пропустил женщину в лифт, и тут — бац! — трос оборвался. В опасность мужчина должен входить первым, а выходить из опасности последним, как капитан корабля.

Толик. Ага.

 

Мать вставляет ключ в замок, чтобы открыть дверь.

 

Мать. Что «ага»? Сам-то ты сейчас первым из лифта вышел. Это неправильно. Но это потому, что изначально я первая вошла в лифт, ладно, ничего, это из-за пакетов. В следующий раз правильно всё сделаем. Хорошо?

Толик. Хорошо.

 

Мать открывает дверь и пропускает сына с пакетами. Сын ставит пакеты на пол и направляется обратно к двери.

 

Мать. Ты куда?

Толик. На работу, куда.

 

Сын подходит к лифту, но, к его большому сожалению, лифт уже уехал.

 

Мать. А как же кино?

Толик. Мам, мне некогда.

Мать. Чё-то у тебя последнее время работы много.

Толик. Заказы пошли.

Мать. Заказы — это хорошо. Деньги-то где?

Толик. Будут. Заказ серьёзный. Прорабатываю. Готовлюсь.

Мать. А чё там готовиться? Пришёл — увидел — победил, и всё.

Толик. Раз на раз не приходится.

 

Сын немного нервно нажимает на кнопку лифта, как будто от этого лифт приедет быстрее.

 

Мать. Ещё как приходится. Всё гениальное просто. Тебе человек с сорокалетним стажем говорит, мотай на ус.

Толик. У каждого свои подходы, я спешу, пока.

 

Толик решает спуститься по лестнице. 

 

Мать. К чёрту твои подходы, если от них нет никакого толку, придурок! Скоро мне самой придётся работать. Давай, не медли там! Во сколько придёшь?

 

Толик не отвечает.

 

Мать. Удачи!

 

4.

 

Вечер на Арбате. Цветочник стоит у окна киоска, где продают вкусности. Ему выдают что-то в пакете, и он через толпы людей не спеша идёт к цветочному киоску, заходит в него. Толик выходит из машины и направляется в цветочный. Толик заходит в цветочный. Цветочник сидит за столом и пьёт чай.

 

Толик. Здравствуйте.

Цветочник. Привет.

 

У цветочника очень низкий, спокойный бас. Толик начинает разглядывать букеты, принюхиваться к цветам, никто ему не мешает. Толик изредка поглядывает на цветочника, тот невозмутим. Толик продолжает ходить и разглядывать цветы.

 

Цветочник. Ну что, какой из букетов тебе понравился?

Толик. Этот. И этот.

 

Цветочник подходит к Толику и достаёт один из букетов.

 

Цветочник. Возьми этот. Этот подойдёт.

 

Толик присматривается к цветочнику. В глазах цветочника какая-то неуловимая грусть. Есть ощущение, что ему уже всё безразлично.

 

5. 

 

Ночь в квартире Катрин. Букет стоит на подоконнике, освещён светом луны. Штор нет. Слышен мужской и женский голос.

 

Катрин. Потрясающий букет. Как идеально он сюда вписался. Такое ощущение, что под него делали форму окна и выкрашивались рамы.

Толик. Ага, и строился дом напротив.

Катрин. Точно! И заселялись соседи, которые тоже не спят по ночам.

Толик. И используют красные шторы.

Катрин. Потому что в детстве им не хватало любви.

 

Толик и Катрин лежат в обнимку на разложенном диване. Они лежат целиком одетые и никак не могут наговориться. Катрин ровесница Толика, хотя выглядит немного старше.

 

Катрин. Бред.

Толик. Кстати, почему у тебя нигде нет штор?

Катрин. А как ты думаешь?

Толик. Не знаю. Ты любишь быть на виду. Хотя нет, ты же не любишь. Тогда... Не знаю, что ещё может быть. Шторы собирают пыль?

Катрин. Ты правильно сказал. Я не люблю быть на виду. Точнее, боюсь быть на виду.

Толик. Тогда, возможно, даже и любишь, любишь, но боишься.

Катрин. Да.

Толик. И как? Работает?

Катрин. Ну за сегодняшнюю ночь я об этом ни разу не задумалась.

Толик. О, прикольно. Даже мне было неловко. И всё время хотелось спрятаться.

Катрин. От кого? (Встаёт с дивана и подходит к окну.)  До нас ведь на самом деле никому нет дела. Ну увидели, пусть даже как мы тут занимаемся любовью, ну и что. (Закуривает.) Все занимаются любовью.

Толик. Не факт. Может, кто-то не занимается, и ему завидно.

Катрин. И что с того?

Толик. Мне не нравится, когда мне завидуют. Помню, в детстве, когда мы жили в достатке, я молил Бога, чтобы мы были бедными, как множество других.

Катрин. Интересное стремление к равенству. Да ты коммунист.

Толик. Есть такое.

Катрин. Но ты ведь мог и попросить у Бога, чтобы множество других были такими же богатыми, как и вы.

Толик. Видимо, я уже тогда знал, что это невозможно. По крайней мере у нас.

Катрин. Какой смышлённый ребёнок.

 

Толик встаёт с дивана и подходит к Катрин.

 

6. 

 

Многоэтажный дом. В доме тусклым светом светится одно лишь окно. Оно без штор, и в нём виднеются силуэты двоих.

 

Толик. Я даже когда с тобой иду по улице, мне капец неудобно перед другими.

Катрин. Ты только не проси, чтобы меня у тебя не было, как у всех.

Толик. Да я лучше попрошу, чтобы у всех была ты.

Катрин. Дурак. Допросишься, знаешь.

Толик. Чтобы у всех была своя Катрин.

Катрин. Ты слишком добр к людям, Толик. Слишком. Большинство такого подарка просто не заслуживают.

 

7.

 

Площадка девятого этажа. Двери лифта открываются, но этажом ниже. Толик выходит из лифта и почти не слышно поднимается на свой этаж, доставая из кармана ключи. Он аккуратно вставляет ключ в замочную скважину и почти неслышно проворачивает ключ, тихо открывает дверь и аккуратно заходит в квартиру. Снимает ботинки и медленно идёт в свою комнату. Где-то скрипит пол, Толик приостанавливается, смотрит на приоткрытую дверь спальни матери и ещё более осторожно направляется в свою комнату.

 

8.

 

Комната Толика. Толик спит на боку. У виска Толика пистолет, передёргивается курок. Толик просыпается.

 

Мать. Ты где был, скотина?

Толик. Доброе утро.

Мать. Не доброе. Отвечай на вопрос!

Толик. Я был сначала на работе, потом встретил одноклассников, и мы поехали на Медео.

Мать. Как тебе не стыдно? Ты когда врать перестанешь?

Толик. Когда стану человеком, тогда и перестану, чё.

 

Мать не может сдержать смеха, убирает пистолет.

 

Мать. Ты мой золотой! Вот это чувство юмора, я понимаю. Весь в меня. Даже не в меня — в аташку. Аташка твой таким был. Всё время шутил, а мы с мамой смеялись постоянно, есть нормально не могли. (Гладит сына по голове.) Вставай давай, уже обед. Я мясо отварила.

 

9. 

 

Кухня. Толик ест мясо.

 

Мать. Как мясо?

Толик. Нормально.

Мать. У тебя всё нормально... Вчера тоже было нормально. (Наливает сорпу, ставит её перед Толиком и садится за стол.) Изумительно, отвратительно, изысканно, интересно. Да хотя бы вкусно или не вкусно, скажи.

Толик. Вкусно.

Мать. «Ммм, как вкусно, спасибо, мама!» — демейсін ба? Женщин нужно хвалить, вдохновлять. Жена убежит от тебя, если не будешь восхищаться. Ты хоть руки помыл?

Толик. Помыл, помыл.

 

Мать наконец-то добралась до мяса.

 

Мать. Ммм, какое вкусное мясо, не обманул мясник. Видишь, не зря мы пошли и поменяли, а ты говорил — не надо. Простачок ты, Толик. Ещё соседка говорила: «Толик хороший мальчик, только слишком доверчивый. Легко его обмануть». В жизни волком надо быть. Никому нельзя доверять. Особенно женщинам.

 

Толик молча ест, никак не реагирует.

 

Мать. Женщины, знаешь, какие коварные бывают? Это тебе не мать, которая в лицо всё говорит. Они тебе улыбаться будут, «любимый» будут говорить, а потом — бац! — и нож в спине. Поэтому женщину нужно выбирать очень внимательно и вместе.

 

Толик смотрит на мать, ничего не говорит и продолжает есть.

 

Мать. Мать — это твой лучший друг и ничего плохого не посоветует. Вот такую тебе жену найдём! (Показывает «класс».) Сегодня вечером мы с тобой пойдём к тёте Зейнеш в гости. У неё дочь медицинский закончила, как раз будет ухаживать за мной.

Толик. Мне некогда.

Мать. Ничего не знаю. Я уже договорилась.

Толик. Надо, вообще-то, спрашивать.

Мать. Ну извини.

Толик. Нет, сегодня никак.

Мать. Хорошо, а когда будет время?

Толик. На такие дела никогда не будет. Ты же знаешь, как я к этому отношусь.

Мать. Да нормально ты к этому относишься, просто эта художница совсем тебе голову заморочила, разум затуманила. Ещё и курит. Шлюха.

 

Толик молча встаёт из-за стола и уходит.

 

Мать. Даже «спасибо» не сказал. Сорпу допей!

 

10. 

 

Коридор в квартире. Толик надевает обувь, завязывает шнурки. Мать выходит из кухни в коридор с сорпой.

 

Мать. Сорпу допей, не будь дураком. У тебя цвет лица вон — как асфальт во дворе.

 

Толик молчит и зашнуровывает ботинок.

 

Мать. Обиделся, что ли? На правду не обижаются. (Встаёт с сорпой у входной двери и перегораживает Толику дорогу.) Ты никуда не пойдёшь, пока не выпьёшь сорпа!

Толик. Дай пройти.

Мать. Нет. На, пей. 

 

Толик отворачивается.

 

Мать. А чё ты так злишься? Я не могу понять.

Толик. Отойди.

Мать. Правда глаза колет, да? Правильно, посмотри на себя, на кого ты стал похож, на тебя разве нормальная девушка посмотрит? 

 

Толик еле сдерживается и решительно направляется в сторону комнаты. Мать направляется вслед за ним. Мать заходит в комнату.

 

Мать. Идиот! (Выглядывает из окна девятого этажа.) Придурок! Совсем, что ли, уже с катушек съехал?

 

Толик поднимается с асфальта, отряхивается и идёт слегка прихрамывая.

 

Мать. Вот до чего тебя довела эта идиотка! Сегодня из окна прыгнул, завтра что, вены себе перережешь? А ну, стой! Стой, кому говорят!

 

Толик идёт немного прихрамывая и не оборачиваясь.

 

Мать. Ну и иди к ней и сдохни там, у её ног! Идиот!

 

11.

 

Толик в гараже играет в компьютерную игру. Написала Катрин: «Мы сегодня увидимся?» Толик не отвечает. Задумывается. Выдёргивает компьютер из розетки. Толик выходит из гаража и выносит что-то похожее на гитару в чехле, запрокидывает чехол на плечо, закрывает ворота и уходит так же немного прихрамывая.

 

12.

 

В прицеле снайперской винтовки цветочник проделывает всё то же самое, что и вчера. Сначала он стоит у окна киоска, где продаются вкусности. Ему выдают что-то в пакете, и он через толпы людей не спеша идёт к цветочному киоску, заходит в него. Он садится возле окна и начинает пить чай.

Толик смотрит в прицел снайперской винтовки, затем достаёт из кармана конверт и смотрит на фотографию. В прицеле цветочник отпускает кого-то с букетом цветов. 

Толик убирает глаз от прицела, берёт свой сотовый телефон и набирает номер телефона.

 

Толик. Ало, Ереке, здравствуйте!

Ереке. Да.

Толик. Ереке, это я — Толеген.

Ереке. Кто?

Толик. Толеген. Мы с вами недавно пересекались. Конверт.

Ереке. А, ну, есть новости?

Толик. Новостей пока нет, Ереке, тут у меня такой вопрос. За что его так?

Ереке. Не понял.

Толик. Что он вам плохого сделал?

Ереке. Толеген, послушайте, какая вам разница? Ну это непрофессионально с вашей стороны задавать такие вопросы. Это во-первых. Во-вторых, разве это нормально, что вы звоните мне на телефон?

Толик. Нет, это не нормально. Но всё же, прошу вас, если такая причина есть, просто назовите мне её.

Ереке. Это не ваше дело. Мы с вами больше не работаем. До свидания.

Толик. Хорошо, спасибо, до свидания.

 

Ереке бросает трубку. Толик начинает собирать свою снайперскую винтовку.

 

13.

 

Толик стоит на остановке с футляром на плече. Подъезжает полупустой троллейбус. Толик запрыгивает в троллейбус и становится в середине. Звонит телефон. Толик берёт трубку.

 

Мать. Толик, ты где?

Толик. По делам.

Мать. Ты знаешь, я что-то сегодня переборщила совсем, хотела извиниться, не обижайся на меня, пожалуйста, — нервы. Ещё, говорят, магнитные бури сейчас сильно на всех влияют. Не обижайся, я уважаю тебя и твой выбор, хорошо? Я обещаю — больше никогда не буду говорить ничего плохого в её адрес. Толик, ты меня слышишь?

Толик. Да.

Мать. Я же тебя люблю, не сердись. Всё будет хорошо, я больше не буду. Ты прав: это неправильно, каждый выбирает себе сам свой путь. Просто пойми меня, я же мать, жизнь прожила, столько всего повидала, нужно иногда прислушиваться, что старшие говорят. Мне же виднее. Ты вон ходишь ослеплённый, в упор ничего не видишь.

Толик. Мама.

Мать. Ладно, не буду. Делай, что хочешь. Ты у меня самый лучший, сам всё знаешь, тоже не маленький уже. Ты домой едешь?

Толик. Пока нет.

Мать. Приезжай, сейчас приезжай, пожалуйста, я тут пирог испекла, вино купила, грузинское. Фильм посмотрим, зачем ругаться. Приедешь?

Толик. Нет.

Мать. Почему?

Толик. Дела.

Мать. Я знаю, что это никакие не дела.

Толик. Мама, всё. Мне неудобно говорить.

Мать. Приезжай. пожалуйста, домой, сейчас. Мне нужно срочно с тобой поговорить.

Толик. Давай завтра поговорим. Я буду поздно. Ложись спать.

Мать. Ну ты приходи пораньше, я тебя дождусь.

Толик. Не надо ждать. Завтра поговорим. Если честно, я пока не остыл, чтобы разговаривать.

Мать. Хорошо, хорошо. Всё равно не задерживайся. Как закончишь дела, сразу домой. Я тебя буду ждать.

Толик. Пока.

 

Толик кладёт трубку и замечает, что на него смотрит женщина с маленьким сыном. Троллейбус стоит на перекрёстке на красном свете. Толик подходит к передней двери.

 

Толик (Водителю). Откройте, пожалуйста.

 

Дверь открывается.

 

Толик. Спасибо.

 

Толик выходит из троллейбуса на светофоре.

 

14.

 

Толик проходит мимо своего автомобиля. Открывает дверь, пытается его завести, не получается. Идёт дальше.

Толик подходит к квартире Катрин, звонит в дверь. Никто не открывает. Толик звонит настойчивее. Тишина. Толик стучит в дверь, дёргает ручку, набирает номер Катрин. Ответа нет.

Толик прислушивается к двери, бежит по лестнице вниз.

Толик обходит дом, смотрит на окно Катрин — ничего. Всё это время он продолжает звонить Катрин. Раздаются гудки.

Толик бежит к дому напротив, подбегает к подъезду, достаёт электронный прибор, который открывает абсолютно все двери подъездов, забегает в подъезд.

Толик едет в лифте и нажимает на кнопку верхнего этажа, как будто лифт от этого поедет быстрее.

Толик выходит на крышу и берёт в руки прицел от снайперской винтовки. Свет в квартире Катрин выключен и ничего не разобрать.

Толик звонит Катрин снова. На подоконнике загорается экран телефона, который подсвечивает упавшую вазу и дырку в стекле окна.

Толик пытается открыть отмычкой дверь. Открывает, но оказывается, что дверь изнутри закрыта на щеколду. Толик пытается выломать дверь, но у него не выходит. Он достаёт пистолет и стреляет в то место, где находится щеколда, он выпустил туда всю обойму — дверь не открывается. Толик перезаряжает пистолет. Толик стреляет по замку. Толик вламывается в квартиру.

 

Толик. Катрин!

 

Катрин не отзывается.

 

 

15.

 

Квартира Толика. Мать пьёт чай. Она встаёт и направляется к окну, выглядывает. По двору бежит Толик, он забегает в подъезд.

Мать бежит к входной двери. Задвигает щеколду и закрывает дверь на несколько замков. Берёт в руки ружьё, притаскивает стул и ставит напротив двери, садится, целясь в дверь. Мать смотрит на время, Толик всё не приходит. Быстро и максимально безопасно передвигаясь, закрывает все шторы. Вернувшись в коридор, она садится в точкё, откуда простреливаются все окна и двери квартиры. Смотрит на часы, Толика всё нет. Вдруг у виска матери появляется пистолет. Толик взводит курок.

Мать. Как ты попал в квартиру?

 

16.

 

Квартира Толика. Гостиная. Мать сидит, связанная, в середине комнаты и молчит. Толик сидит у стола с пистолетом руке и молча пьёт вино из бутылки. Мать и сын сидят в полной тишине. Толик допивает бутылку.

Мать. Там есть ещё одна. На кухне, за холодильником.

 

Толик идёт на кухню и возвращается с бутылкой, открывает её.

 

Мать. Может, и мне нальешь? Последнее желание.

 

Толик никак не реагираует на сказанное и начинает снова пить из бутылки.

 

Мать. Ладно. Купила называется. Даже не попробовала. Сосед посоветовал, говорит, настоящее, с Тбилиси привозят, башню сносит капитально. Так что смотри, много не пей, от греха подальше.

 

Толик продолжает пить вино.

 

Мать. А может, хоть кино? Ты же обещал кино. Включи, хоть телевизор посмотрим, что ли. Ну что молчишь? Язык проглотил?

 

Толик не отвечает.

 

Мать. Когда ты родился, ты тоже молчал. Все дети плачут, когда рождаются, а ты молчал. Родился с выпученными глазами, и твои глаза как будто бы спрашивали: что я тут делаю? На хрена я вообще пришёл в этот мир? Такой прикольный был. Тогда я и представить не могла, что, оказывается, ты появился на этот свет, чтобы убить свою мать. 

 

Толик продолжает пить.

 

Мать. А я так радовалась, когда ты родился. Думала, вырастет, будет моим защитником. Думала, состарюсь, буду уже неинтересна своему мужу, а сын всегда будет со мной, не бросит. Наоборот, приведёт невестку в дом, и они вдвоём будут за мной смотреть. Невестка уколы ставить, сын обеспечивать. Какой там. Несчастная я женщина...

Толик. Ты сама во всём виновата. Как можно было убить своего мужа?

Мать. У него был роман с другой женщиной.

Толик. Да потому что он задолбался, что ты его постоянно пилишь. День и ночь одно и то же, одно и то же. Он даже телевизор нормально дома не мог посмотреть. О чём речь? Я удивляюсь, почему он не сделал этого раньше. Я удивляюсь, как я вообще появился на свет.

Мать. Мы друг друга любили. И вообще, наши с ним отношения — не твоё дело.

Толик. Ещё как моё! Моё это дело! Это мой отец. И он заслуживал счастья и спокойствия, хотя бы на старости лет. Он был очень добрым, он не сделал в этой жизни никому ничего плохого. А ты считала это за слабость. Ты доброту принимаешь за слабость и уничтожаешь людей.

Мать. Это не так.

Толик. Да так это, так. Тебе нужен был человек, который будет давать тебе отпор, стреляться с тобой за каждый сантиметр пространства.

Мать. Как это делаешь ты? Развяжи меня и верни мне пистолет, давай постреляемся. Чтобы по-честному.

Толик. Нет, нет, нет. Этого не будет. По-честному уже не будет. Ты стреляла в беззащитную Катрин...

Мать. Я хотела тебя спасти. Ты посмотри, на кого ты стал похож. Заколдовали тебя, зачитали с ног до головы. Уже не можешь разобрать, где свои, где чужие. Мать родную связал. Идиот.

Толик. Есть вообще хоть один человек на планете, о котором ты отзывалась бы хорошо? Кроме аташки.

Мать. Да с тобой не имеет смысла говорить. Это даже не ты говоришь. Ты хоть знаешь, что у неё бабушка колдунья?

Толик. А у меня мать убийца. Мы с ней идеально друг другу подходим.

Мать. Подходили.

 

Толик подходит к матери и приставляет пистолет к её голове.

 

Толик. Ты ещё и прикалываешься.

Мать. Будь это американское кино, я бы сказала, что если ты выстрелишь, ты станешь таким же, как и я. Но ты и так такой же, как и я. Чем ты не убийца? Какая разница, за деньги ты это делаешь или просто так?

 

Толик допивает вино.

 

Мать. Ладно, Толик. Заканчивай концерт. Развяжи меня, я знаю, что ты не выстрелишь. Руки затекли. 

Толик. Ты меня плохо знаешь.

Мать. Я очень хорошо тебя знаю, и ты не выстрелишь.

 

Пауза.

 

Толик. Да, я не выстрелю. Но я бы выстрелил, я бы даже не стал разговаривать с тобой. Но тебе очень сильно повезло, очень.

 

Толик уходит.

 

Мать. Ты куда? Во сколько придешь?

 

17.

 

Машина Толика. За рулём его друг. На заднем сидении — китайские сумки, мольберт.

 

Друг Толика. А чё, дворники не работают?

Толик. Работают. Надо выключить мафон. 

Друг Толика. Серьёзно? (Выключает магнитафон. Пробует. Дворники начинают работать.) Прикольно.

Толик. Машина с характером. А ещё это, иногда бывает не заводится. Если что вдруг, бесполезно пытаться, или кого-то вызывать, езжай по своим делам. Через день-два вернёшься — заведётся.

Друг Толика. Это нормальный косяк. Не купит её никто за такие деньги, чувак.

Толик. Ну там посмотришь, можешь уступить, как получится, просто я сегодня точно бы не успел её продать.

Друг Толика. Ну да.

 

Они наезжают на кочку, Катрин просыпается и садится посередине. Голова у неё была перебинтована.

 

Катрин. О, уже приехали?

Толик. Ага. (Поворачивается и видит, что Катрин без шлема.) Шлем надень.

 

Катрин нащупывает шлем на полу и надевает.

 

Толик. Как голова?

Катрин. Как после бомбёжки.

Толик. Сейчас направо.

Друг Толика. Вот же вокзал.

Толик. Направо. Зайдём с другой стороны.

 

Машина сворачивает с улицы, ведущей к вокзалу, в какие-то кушары.

 

18.

 

Мать сидит на крыше в чёрном снаряжении. Снайперская винтовка готова. Рядом стоит большой термос, она пьёт чай и смотрит в бинокль. В поле зрения — привокзальная площадь и каждый из вагонов поезда. Мать внимательно осматривает площадь, затем смотрит на часы. Из-под одного из вагонов кто-то выползает — это друг Толика, он несёт сумки. Затем из-под вагона показывается сам Толик. На плече у него висят рюкзак и футляр, в одной руке он держит мольберт, а другой рукой помогает Катрин. Стрелять неудобно: Толик всё время закрывает собой Катрин. Они подходят к проводнику, показывают билеты, Толик всё время перекрывает Катрин. Появляется хороший момент, Толик прощается с другом, обнимает его, открывая ненадолго Катрин. Палец начинает сжимать курок.

 

Охранник. Здравствуйте.

 

Мать отводит лицо от прицела. У выхода на крышу стоит пожилой охранник.

 

Мать. Чёрт возьми! Откуда ты взялся?

Охранник. Вам помочь?

Мать. Нет.

Охранник. Что вы делаете?

 

Мать снова смотрит в прицел.

 

Мать. Чай пью.

Охранник. Могу ли я составить вам компанию?

 

Катрин уже зашла в вагон, Толик поднимается по ступенькам. Друг подаёт ему сумки.

 

Мать. Вот чёрт! 

 

Мать выстреливает в охранника, но он успевает увернуться и спрятаться за стеной.

 

Мать. Откуда ты взялся, придурок?! Они ушли! Они ушли-и-и!

Охранник. Вынужден вас предупредить, что я тоже вооружён, а вы сейчас не прикрыты. Я, как джентльмен, даю вам пять секунд, чтобы спрятаться. Раз, два, три.

 

Мать удивлена такому поступку и уходит в укрытие.

 

Мать. Всё!

 

Начинается перестрелка между охранником и матерью. В итоге мать ранит охранника.

 

Охранник. А-а-а-а, чёрт возьми!

Мать. Рука?

Охранник. Да.

Мать. Нужно остановить кровь! У меня есть аптечка!

Охранник. Хорошо!

 

Охранник выбрасывает пистолет. Мать со всем снаряжением подходит к охраннику и начинает перевязывать ему руку. Перевязывая, смотрит вслед уходящему поезду.

 

Охранник. Сын?

Мать. С чего вы взяли?

Охранник. Вы напоминаете мне мою покойную мать. Она тоже хорошо стреляла.

Мать. Вы всё ещё хотите попить со мной чаю?

Охранник. Не откажусь.

Мать. Я сейчас.

 

Мать встаёт и идёт за термосом.

 

19.

 

Закоулок за вокзалом. Друг Толика садится в машину и пытается её завести, но она не заводится. Друг Толика оставляет машину и уходит. Он переходит железнодорожные пути. Раздаётся выстрел, кепка слетает с его головы.

 

20.

 

Крыша. Мать и охранник возле снайперской винтовки.

 

Мать. Это Толика друг! Вот умора!

Охранник. Дай я попробую.

Мать. Не надо в него больше стрелять!

Охранник. Да я в других. Дай сюда.

 

Охранник берёт винтовку. Стреляет. Оба смеются.

В разных частях города у разных людей слетают головные уборы или что-то вылетает из рук. 

 

КОНЕЦ

Джанибек Муртазин

Джанибек Муртазин — режиссёр, экспериментатор. Окончил бакалавриат механико-математического факультета КазНУ им. Аль-Фараби, а позже Казахской Национальной Академии искусств им. Т. Жургенова по специальности «режиссёр кино и ТВ». Имеет магистерскую степень по специальности «режиссура». Автор игровых коротких метров «Бесполезные создания», «Закрыто на зиму» и полнометражного документального фильма «Жел пайда болған жер».

daktil_icon

daktilmailbox@gmail.com

fb_icontg_icon