Айман Исаева

381

Болото

Рассказ

 

Сидишь в болоте. Прямо вот только глаза и нос торчат. Глаза — понятно: надо же смотреть по сторонам — вдруг кто палку протянет, руку помощи, так сказать. С неба, например. Больше-то неоткуда. Почему нос торчать из воды должен — тоже понятно, прямо скажем, раз человек, то и дышать надо — не амфибия ж, чтобы оп! — и жабры заработали.

Ну вокруг-то благодать. Небо синее-синее, бескрайнее. И ни облачка. Солнце мягкое такое, тёплое прямо. Лягушки поют, квакают, заливаются, стрекочут, жужжат стрекозы и мошкара всякая. Периодически что-то плещет в болоте, не знаю уж — рыбы, лягушки те же, или вода от газов каких булькает. И тишина такая — звенящая. Ну как тишина. Техногенных шумов всяких и человечьей речи не слышно. Только букашки и птицы всякие. Для современного человека это — звенящая тишина так-то.

Вокруг, значит, просто гладь покрытой зеленью воды. Болото, в общем. В любую сторону. В отдалении шумят дубравы — зеленющие кроны деревьев колышутся от ветра. И выглядит, и ощущается это всё так убаюкивающе мирно и спокойно. Лето. Тепло. Ветерок. И водичка тёпленькая. Прекрасно, что уж там.

Только вот ты сидишь в болоте. В середине этой приятной картинки. И боишься шевелиться. Потому что чем больше шевелишься, тем сильнее увязаешь и глубже оказываешься. И жуткий, отупляющий, панический страх охватывает тебя. И жить хочется. И дышать. И шею тянешь вверх, чтобы воздух-то заглотить. И на грудь давит толща воды. И зацепиться не за что. Пустота под ногами, под руками. Ну вода эта. Какие-то корешочки, веточки. Но не опора всё это, не опора совсем. Ещё больше качает тебя, и с воздухом нет-нет да и заглатываешь воды этой грязной, с ряской и мусором каким-то. Пока откашливаешь — глубже уходишь. И ещё страшнее становится.

 Сердце колотится, мысли скачут, как бешеные кабаны. А шевелиться-то перестаёшь совсем. Потому что кажется, что так медленнее тонешь. И про взбитое масло — сказка, где одна лягушка потонула в молоке, а вторая взбила масло и выбралась — это сказка. Неправда это. Не выбраться из болота. Единственный твой выбор — это тонуть быстро или тонуть медленно. Беспомощность. Безысходность. И мощное такое желание жить просыпается!

Обида. Злость. Мат. Молитвы. Безысходность. Апатия. И снова молитвы. И пустота.

Как ты там оказался? И сам-то не знаешь. Просто в один миг — бац! — и понял, что ты там. И дышать не можешь. И шагу не сделать. И зацепиться не за что. И вот-вот утонешь. Окончательно и бесповоротно. И что останется после тебя? Перегной? Последний вклад в парниковый эффект? Процесс гниения сопровождается выделением различных газообразных продуктов же. Что ты сделал для мира? Что останется после тебя? Несбывшееся воплотить так и не удалось. Даже близко подобраться.

А жить хочется-а-а страсть!

Счастливого, так сказать, конца хочется. Но! Живой же ты! Пока ещё. Не раскисай, это. Вперёд и с песней. Пока можешь.

Да и не в болоте ты. А если и в болоте, то вот тебе суперсила. Даже без жабр — дышать ты можешь чем хочешь. Водой вот тоже. Да, вот так просто — дыши, да и все дела.

А тем временем голова-таки ушла под воду-то. Под грязненькую эту зелёную жижу.

И ты вдруг понимаешь, что не умер. Дышишь, как миленький. Невозможно понять только — чем именно: воздухом, водой ли. Живой. И идёшь ко дну. Медленно, качаясь в воде. В болоте, то бишь.

Падаешь, короче говоря. На дно. Самое донышко. Путешествие к центру земли, блин. Пока, качаясь в воде, упадёшь до дна — ну то есть пока сила тяжести преодолеет сопротивление густой болотной жижи, — так надоест это состояние, аж зло берёт. От своей беспомощности. Клаустрофобия опять же — эти «а над нами-и-и километры воды» вздохнуть не дают. 

Ну, в смысле, мы же договорились, что дышим водой. Но всё равно тяжко это, неуютно — во глубине болота быть живым. 

Доплываешь, доползаешь, падаешь, наконец, на дно. И — о, чудо! — занесённая мусором, ветками, илом, выброшенными мафией пистолетами и трупами — всем, чем попало, твердь! Опора под ногами. Опора, родимая. Как же ты низко располагаешься. Ну как же так? Мне что, чтобы тебя почувствовать — каждый раз вот так? На дно? А без дна — никак?    

Опустим жалобы и нытьё, прикрывающие радость от ощущения опоры и слабинку, которую всё хотелось дать, но как бы не комильфо было. Главное же суть: чувствую опору, несмотря на всю шелуху. Да, трупы тоже — в болоте — шелуха, как ни прискорбно.

В общем, ощущая опору под ногами, получается от неё оттолкнуться. Что?! Да определись ты! То тебе не хватает опоры, и ты ноешь. И вот ты уже отталкиваешься от неё, родимой. Логика где? Нашёл опору — так держись за неё! Разве нет? 

Нет! Ты думал, что да, пока опоры не было. Но вот она появилась, и оказалось, что когда она есть — хочется от неё оттолкнуться и двигаться наверх, шевелиться, всплывать. Жить.

Опорного толчка хватает, чтобы добраться до поверхности — зыбкой границы между водой и воздухом — и вдохнуть полной грудью. Воду? воздух?

Сидишь в болоте.

Айман Исаева

Айман Исаева — казахстанский автор, пишет на русском языке. По профессии финансист. Занимается бизнес-тренингами и коучингом.

daktil_icon

daktilmailbox@gmail.com

fb_icontg_icon