Айнур Карим

415

Паспорт

РАДИОПЬЕСА

Действующие лица:

СТУДЕНТ, 20 лет

LITTLESIS, 16 лет

МАТЬ, 50 лет

ОТЕЦ,  52 года

АДВОКАТ, 40 лет

ЛЕЙЛА, 30 лет

 

СЦЕНА 1

Квартира семьи Ахметовых. Одиннадцать утра. 

СТУДЕНТ. Ма, а где моя серая толстовка? 

МАТЬ (громко).  В шкафу, в большом отделении, слева. Тебе на обед манты или лагман? 

СТУДЕНТ. Лучше манты, но обедать буду часа в три, не раньше.

ОТЕЦ. Что он говорит? 

МАТЬ. Манты, говорит. Никак не может наесться домашней еды, жаным сол. Тогда я тесто сделаю. Ох, тыквы же нет… Сходишь? 

ОТЕЦ. Схожу, ты только список напиши. 

МАТЬ. Какой список, только тыквы нет, всё остальное есть. 

ОТЕЦ. Тыкву какую брать? Напиши. Какую, сколько, цвет. 

СТУДЕНТ. Ма, а где белые носки? 

ОТЕЦ. Что говорит? 

МАТЬ. Белые носки просит. Во втором ящике слева, в углу… Тыква бывает только оранжевая. Возьми кусок среднего размера… (В сторону.) Нашёл? 

СТУДЕНТ. Да! Ма, а кроссовки помнишь у меня были? Найк. 

ОТЕЦ. Как он год без нас жил? Голый ходил, наверное. 

МАТЬ (озадаченно). Кроссовки? Ммм… Я же их в аул передала. Они порвались немного… 

СТУДЕНТ. Да ты что, хорошие же ещё были, я в них бегал! 

МАТЬ. Почистила, смотрю — протёрлись уже. Отдала. Надень другие. 

ОТЕЦ (в сторону). Своим родственникам передала. Моим — так шиш с маслом. Всё, всё тащит своим. 

МАТЬ. А лыжный костюм своему брату, новый, кто отдал? Я? А комплект зимних шин? А мы потом новые покупали… Я-то по мелочи отдаю, ношеное. А ты, как выпьешь, так всё — последние штаны с себя снимаешь и вперёд! Если б не я, уже бы и квартиру переписал на свою многочисленную родню… Дачу отдал племяннику? Отдал? Он её потом за большие деньги продал, а нам хоть бы что перепало — ни копейки…

СТУДЕНТ (выходя из комнаты). Ма, шины — это было 15 лет назад. До конца жизни будешь вспоминать?

МАТЬ. Всегда на стороне отца. 

ОТЕЦ. Садака, забудь уже. 

МАТЬ. Кровь всё-таки. Вынашиваешь, рожаешь в муках, кормишь грудью, не спишь… А фамилия отца, отчество отца, назвать тоже не дали… Вот она, кровь. А мама, где, кстати? 

ОТЕЦ. В комнате. Пасьянс у неё…

МАТЬ. Лучше бы намаз почитала... Помолилась бы за нас… 

ОТЕЦ. Моя мать и намаз? Ты хочешь, чтоб мир перевернулся? 

МАТЬ. В таком возрасте могла бы и поменяться. У меня тоже дед был убеждённым коммунистом, а на старости лет любому имаму мог фору дать. И нормально. Зато помер со спокойной душой. 

ОТЕЦ. Бога боялся. Грехов было много. А моя мать никого не боится. Ни бога, ни чёрта… Атеисты всё-таки интересный народ. 

МАТЬ.  Надо проследить, чтобы она никуда сегодня не выходила. А то будет как в тот раз — еле поймали… Опасно, к чёрту. 

СТУДЕНТ. Всё, я на пробежку. 

МАТЬ. Куда? Какая пробежка? 

СТУДЕНТ. К марафону готовлюсь. 

ОТЕЦ. Совсем американцем стал. Наушники в уши и побежал. Они так всегда делают. 

МАТЬ. Вот только посмотрите на него. Полночи гулял — утром бодр и свеж. Вот она, молодость. 

СТУДЕНТ. Да я не пил почти. Виски с колой. 

МАТЬ. В США вам бы вообще не дали. Там только после двадцати одного года. 

ОТЕЦ. Жениться, главное, можно, а пить нельзя. Вот они интересные. 

МАТЬ. Давай хоть дома не будешь бегать. Отдохнёшь. Каникулы же!

СТУДЕНТ. В здоровом теле — здоровый дух. Я каждый день там по десять километров бегаю. Уже без этого не могу. Это как наркотик. 

ОТЕЦ. И это всего за год… А что с ним будет через два? Когда надо будет вернуться? 

МАТЬ. Да не вернётся он. Забудь. Они сейчас не возвращаются. 

ОТЕЦ. Кудай сактасын. Привезёт ещё американку, с белыми зубами, попой, как телевизор… Ужас. 

МАТЬ. Зато дети умные будут. 

ОТЕЦ. Не увидишь ты этих детей… Америка далеко. Раз в год на Новый год будут приезжать. Язык забудут и культуру нашу забудут. Манкурты. Без родины останутся. 

СТУДЕНТ. Да, кстати. Вчера в баре барсетку нашёл под столом. Внутри портмоне пустое, только паспорт и карточки скидочные. В участок занесу по ходу. 

ОТЕЦ. Точно пусто? Хорошо проверил? 

СТУДЕНТ. Да, всё обыскал. Пусто. 

МАТЬ. А почему официанту не отдали? 

СТУДЕНТ. Поздно было, да и доверия не внушали. Я подумал, лучше в наш участок отнесу. Тут по пути.

МАТЬ. Подожди. Покажи, что за паспорт. 

Пауза. Рассматривают портмоне и паспорт. 

ОТЕЦ (читает). Руслан Алдаров… Не казах? Почему национальность не пишут в паспорте… 

МАТЬ. Чего «не казах»? Вполне себе казах. 

ОТЕЦ. Имя-то посмотри… 

СТУДЕНТ. Да какая разница? Человек паспорт потерял. Надо вернуть. 

МАТЬ. А рожа-то какая… 

СТУДЕНТ. А что? Да нормальная… Это же паспорт. У меня на паспорте тоже не очень. 

МАТЬ. Е-е-е-е, жаным сол, ты у нас красавчик же, даже в паспорте… 

ОТЕЦ. Номенклатурная такая рожа… (Матери.) Помнишь, отец твой рассказывал про человека, который засадил его отца в 39-м? Вот мне всегда именно такая морда рисовалась. 

МАТЬ. Может, это его внук. 

СТУДЕНТ. Да вы что. Отомстим? (Смеётся.

МАТЬ. В любом случае, неприятный какой. 

СТУДЕНТ. Какая разница, человек паспорт потерял. Надо срочно вернуть. 

МАТЬ. Ты беги, сынок. Я сейчас за тыквой пойду, занесу сама. 

СТУДЕНТ. Да? Супер, ма. Побежал я. 

МАТЬ. По центру не беги. Неспокойно у нас. Митинги. Загребут ещё

СТУДЕНТ. Да что ты, мам, видно же, что я jogger. 

ОТЕЦ. Джо… кто? А-а-а… бегун. У нас недавно одного прихватили, с молоком и хлебом домой на велике ехал. 

МАТЬ. И старика со старухой. Им пятьсот лет на двоих. Даже на это не посмотрели… Старше твоей Ажеки. 

ОТЕЦ. Ажеку твою держим, боимся, что сбежит митинговать.  

СТУДЕНТ (хохочет). Она у нас огонь! 

МАТЬ. Так что лучше не таскаться без дела по городу. Нормальные люди сейчас тихо сидят дома. 

СТУДЕНТ. Я тогда в парке побегаю. 

МАТЬ. В парке? По-моему, тоже не самое удачное место… 

СТУДЕНТ. Ладно, я тогда просто по улице. 

ОТЕЦ. Подозрительно это… Наши люди не бегают в трусах по улицам. 

СТУДЕНТ. Да ладно вам. Насмешили. Нормальные шорты, что? Всё, адьес амигос. Ма, сметаны к мантам домашней и соус красный тоже хочу. Лука побольше. Всё, меня нет! 

Звук шагов и захлопывающейся двери.

ОТЕЦ. Теперь пока не вернётся, буду переживать. Ты говорила — дети вырастут, и заживём. Вот тебе. Зажили. 

МАТЬ. Где там твой список из тыквы? Добавь туда ещё сметаны домашней и лук репчатый. Возьми килограмм. 

ОТЕЦ. А сколько это штук? 

МАТЬ. Штук семь-восемь. Белый лук, не красный. А сметана — как зайдёшь, сразу слева первый ряд, в самом низу, в квадратных пластиковых стаканах. 

ОТЕЦ. А что там написано? 

МАТЬ. Ничего не написано, квадратный пластиковый стакан. 

ОТЕЦ. Не найду. 

МАТЬ. Найдёшь. Спросишь у продавцов... А вообще ладно. Сама сбегаю. 

ОТЕЦ. И паспорт занеси. 

МАТЬ. С ума сошёл? Не буду я никуда его заносить. 

Звук лёгких шагов, высокий девичий голосок напевает мелодию Happiness.

МАТЬ. Ещё одна в наушниках. Дома хоть дай ушам передохнуть. 

LITTLESIS. О чём спорим? 

МАТЬ. Музыку вытащи свою. 

LITTLESIS. Уже. 

МАТЬ. Твой американский брат нашёл барсетку с паспортом и попросил отнести в полицию. Сумасшедший. Совсем забыл, где мы живём. В полицию… Никуда не понесу. 

LITTLESIS. О-о-о, дайте гляну… Тут и портмоне. Дорого выглядит, кожа хорошая! Денег, конечно же, не было?

МАТЬ. Конечно, не было. Умные люди забрали и выкинули. А этот паспорт домой притащил. 

LITTLESIS. Ну и физиономия… Сразу видно — коррупционер, на обычной зарплате такую рожу не отъешь. Деньги явно есть... Надо позвонить. 

ОТЕЦ. Как ты ему позвонишь? 

LITTLESIS. Щас прогуглю. Узнаю, кем работает. Сейчас по ИИН всё можно проверить, даже долги. И телефон, скорее всего, найду… 

ОТЕЦ. Спорим, гаишник? 

МАТЬ. Нет, скорее в налоговой работает. Я как-то зашла в налоговую, а там вот все такие, прям штампованные. 

ОТЕЦ. У тебя сестра в налоговой работает. 

МАТЬ. Вот она там одна с нормальным лицом. 

ОТЕЦ. А может, директор ЦОНа. 

МАТЬ. Да кем бы ни был. Прокурор, может быть… Кудай сактасын. Тогда вообще сожгу паспорт на фиг, от греха подальше. 

LITTLESIS. Ещё чего… нашла. Так, Алдаров… Ха! Адвокат, лицензия номер... Скука какая… Позвоню? 

МАТЬ. Адвокат? Я так и думала. 

ОТЕЦ. Ты думала, налоговик. 

МАТЬ. Адвокат — это тоже плохо. В адвокатуру у нас откуда приходят, забыл? Сплошь бывшие работники правоохранительных органов! А их бывшихсам знаешь, не бывает. Отсюда и рожа. Ты можешь сделаться адвокатом, но нутро не скроешь. 

LITTLESIS. Мама, ну что ты. Может, он хороший адвокат. Защищает бедных и слабых. 

МАТЬ. Бедных и слабых сейчас не защищает никто. А такие, как он, защищают преступников. Насильников и педофилов.

ОТЕЦ. У него работа такая.  Выбора нет. Всех должен защищать. 

МАТЬ. Вот я о чём и говорю. Принципов у людей не осталось. 

LITTLESIS. Ма, ну всё равно же паспорт возвращать? 

МАТЬ. Ещё чего… Мы не обязаны. Выкинем, и всё, пусть другие возвращают. У нас своих проблем хватает. 

LITTLESIS. А помнишь, ты рассказывала, как сумку оставила в примерочной? Тебе тогда её вернули. 

МАТЬ. Это было сто лет назад. Тогда время было другое. Люди были другие. А сейчас знаешь чем оборачиваются такие истории? Ты позвонишь, скажешь: «Мы нашли ваш паспорт», адрес продиктуешь… а через пять минут приедет к нам весёлый отряд и скажет, что в портмоне было десять тыщ долларов. Всё. И доказывай им потом, что ты не верблюд. 

ОТЕЦ. Да, помнишь, как покойный отец твой на базаре «куклу» поднял? Ох, еле отбились тогда. Мошенники кругом. 

МАТЬ. Вот-вот. Так что дайте мне этот паспорт, я его спрячу от греха подальше. И нечего говорить тут. 

LITTLESIS. Подожди, ещё раз гляну… Да, прям классика коррупционного жанра… Отвратная рожа… На моего учителя физкультуры похож. А он тот ещё изврат. Вечно возле нашей раздевалки отирается. 

ОТЕЦ. Что ты сказала? 

LITTLESIS. Ничего, па. Говорю, нормальные люди с такой рожей не бывают. 


 

СЦЕНА 2

Квартира Адвоката. Одиннадцать тридцать утра.

ЛЕЙЛА. Какой ты красивый у меня… 

АДВОКАТ. Брось. 

ЛЕЙЛА. Красивый. Скулы такие мощные… Подбородок волевой… А глаза… Глаза у тебя особенные.

АДВОКАТ. Ага… 

ЛЕЙЛА. Пластырь надо купить. На всякий случай, вдруг обувь натрёт, а нам там ходить километрами… Чаю налить ещё?

АДВОКАТ. Ага… 

ЛЕЙЛА. Молчишь подозрительно. Я говорила тебе — не пей накануне поездки. Жолаяк, жолаяк… Сидишь теперь молчишь. Весь день болеть будешь. Давай китайской лапши заварю? 

АДВОКАТ. Не надо… 

ЛЕЙЛА. Надо, надо. И воды пей больше. Родителям что сказать? Мы во сколько их заберём? 

АДВОКАТ. В одиннадцать. Вечера. 

ЛЕЙЛА. Папа уже весь мозг вынес. Первый раз летит заграницу. Последний раз в самолёте летал ещё до моего рождения. В Ленинград. Был такой город в неведомой стране… Сядешь рядом с ним в самолёте? 

АДВОКАТ. Ага. 

ЛЕЙЛА. И мама не лучше. Уже два чемодана упаковала, а всё не влазит. Обещаешь не злиться? 

АДВОКАТ. Нет… то есть да… Жаным… 

ЛЕЙЛА. Ау. 

АДВОКАТ. Ты только не нервничай. 

ЛЕЙЛА. Ну как не нервничать. Не каждый день мы в отпуск. Да ещё так далеко. Франция, Италия… Когда-то это казалось недосягаемым… 

АДВОКАТ. Нет. Я в целом. В глобальном смысле… не нервничай… 

ЛЕЙЛА. Что такое? 

АДВОКАТ. Жаным. Я вчера где-то… барсетку оставил. 

ЛЕЙЛА. И? 

АДВОКАТ. Ну вот… 

ЛЕЙЛА. Что вот? 

АДВОКАТ. Я не знаю где. С утра всё обыскал, всем позвонил… 

ЛЕЙЛА. Что в барсетке? Деньги? Карточки? 

АДВОКАТ. Да… портмоне там, ну деньги — мелочь в принципе, карточки банковские, но самое главное… Жаным, ты только…

ЛЕЙЛА. Что? 

АДВОКАТ. Паспорт. 

Пауза.

ЛЕЙЛА (смеётся). Ха-ха, опять купилась!  Обожаю, когда ты с таким серьёзным лицом меня разыгрываешь. Блин, каждый раз покупаюсь! Ха-ха-ха! Юморист! Всё, так больше не шутить! Я и так вся на взводе! Шутка ли — отпуск с родителями! 

АДВОКАТ. Слушай… я уже подумал… сегодня суббота. Если в понедельник я прям с утра подам, то во вторник уже… Во вторник новый паспорт будет готов! И я смогу попозже…

ЛЕЙЛА. Ха-ха-ха! Хватит, шутка не удалась. 

АДВОКАТ. Только вот виза… Говорят, в германском консульстве можно за три дня сделать… 

ЛЕЙЛА (медленно). Ха-ха-ха… ха-ха-ха-ха… ха… Ты серьёзно? Нет, подожди. Ты его реально потерял? 

АДВОКАТ. Так я тебе что говорю, жаным… 

ЛЕЙЛА. Подожди. А он точно в барсетке был? Зачем ты его с собой брал? 

АДВОКАТ. Да глупо так вышло… Поспорили с пацанами, чья рожа на паспорте страшнее… Думал выиграть… 

ЛЕЙЛА. Выиграл? 

АДВОКАТ. Нет. Я же красавчик… 

ЛЕЙЛА. И не выиграл, ещё и потерял… 

АДВОКАТ (хихикает). Да, глупо получилось… 

ЛЕЙЛА. Не может быть. Этого не может быть… Этого просто не может быть. А карточки? Заблокировал? 

АДВОКАТ. Да, заблокировал. Это самое лёгкое… Вот паспорт бы найти… 

ЛЕЙЛА. Алкоголики. Ты и дружки твои… Где ты его видел в последний раз? 

АДВОКАТ. В десять вечера… В такси… Потом всё. Нигде нет. Таксисту позвонили — у него нет, всю машину обыскали три раза…

ЛЕЙЛА (быстро). Так, мне надо позвонить, мне надо кому-то сказать, мне надо срочно вылить всё это куда-то, подожди, я в ватсаппе наговорю подругам… 

АДВОКАТ. Жаным… Жан, ну какой ватсапп, подожди… 

ЛЕЙЛА (наговаривает аудиосообщение). Девочки, SOS! SOS! В первый раз мы едем в Европу, сбывать мечту моей мамы о Париже, а потом в Италию. Он идёт со своими дружками отметить начало отпуска… И не находит ничего лучше, чем просто тупо оставить где-то свой паспорт… С шенген визой… Мы чуть не родили, чтоб эту визу получить, понимаете? Трусы вывернули, всё показали этим французам, движения счетов, нафиг, за три месяца, все наши покупки, нашу (прости, Всевышний) жалкую недвижимость, мамину пенсию, папину дачу — всё! Всё. И теперь он говорит мне: «Жаным». Ночью нам вылетать. Я ни бум-бум по-английски. Я в аэропорту потеряюсь, а у нас пересадка. Я в первый раз еду в Европу. Девочки, всё, у меня нет слов. Я в ауте. Девочки, слышите меня? Я просто в ауте!!! 

АДВОКАТ. Слушай, перестань, всё решится, что за манера тут же звонить всем… 

ЛЕЙЛА (продолжает). И мой бедный папа купил себе плавки для бассейна впервые за много лет. Моя бедная мама купила шесть новых платьев! Как я теперь им скажу? Что я теперь им скажу?

АДВОКАТ. Да найду я этот паспорт, найду! 

ЛЕЙЛА (продолжает). Нет, вы представляете? И я полюбила этого человека. Я в него поверила. Я думала: вот выхожу замуж за приличного адвоката, ну пусть разведённый, ну пусть с алиментами, бывшая там на всю голову раненая, ну пусть квартира в ипотеку, но зато надёжный какой! Слово держит! А вот мама мне говорила — люди просто так не разводятся, с ним что-то не так, мама прям чувствовала…

АДВОКАТ. Серьёзно? Так и сказала? 

ЛЕЙЛА (продолжает). Девочки! Что теперь делать?  

АДВОКАТ. Я пошёл! 

ЛЕЙЛА. Куда? 

АДВОКАТ. Пойду по всем местам, где вчера был. 

ЛЕЙЛА. А мне что делать? 

АДВОКАТ. Родителям пока не говори. Решим вопрос. 

ЛЕЙЛА (передразнивает). «Родителям пока не говори». Для него самое главное — это его репутация.  И как ты решишь вопрос, интересно? А? Как? 

АДВОКАТ. Всё, разберусь. 

ЛЕЙЛА. Разберётся он… Вот всегда так: чуть что — в кусты. Не уходи, я ещё не всё сказала!

АДВОКАТ. Я пошёл. 

ЛЕЙЛА. Пошёл он… А мне что делать? 

АДВОКАТ (тихо). Учи английский. 

ЛЕЙЛА. Что? Что ты сказал? 

АДВОКАТ. На всякий случай. 

ЛЕЙЛА. Я слышала. Я это слышала. (Дверь захлопывается.) Вот сволочь! Не возвращайся даже! Без паспорта даже не думай!!! (Слышится звук предмета, который ударяется в дверь.)

 

СЦЕНА 3

Квартира семьи Ахметовых.
Шум льющейся воды, сквозь который Студент напевает Happiness. Шум воды прекращается. Звук открывающейся двери, шаги.

СТУДЕНТ. Ма! А где моя майка, она ещё чистая была!

МАТЬ. Я её уже в стирку закинула. 

СТУДЕНТ. Ма, ну ты метеор. Так, мне ещё нужен мой шлем: вечером идём с ребятами покататься на великах… Шлем, шлем, найдись, где ж моя мама тебя похоронила…. А, вот! Класс! Ого… Ма! (Быстрые шаги.) Ма, а паспорт вы чего не отнесли? 

Пауза.

ОТЕЦ (тихо).  Я тебе говорил. 

МАТЬ. Паспорт? А, да. Забыла. Закинула туда и забыла. 

СТУДЕНТ. В шлем закинула? 

LITTLESIS. Они решили его не отдавать. 

ОТЕЦ (сыну). Как там на улице? Всё спокойно?

СТУДЕНТ. Вроде да.  А почему? Зачем? 

МАТЬ. Опасно это, сынок. 

LITTLESIS. Ага. Обвинят нас. По судам затаскают. И в тюрьму. 

СТУДЕНТ. В чём? 

МАТЬ. В краже. Вот поверь мне, ты позвонишь этому типу, скажешь — у меня ваш паспорт, забирайте, продиктуешь адрес, и через пять минут тут будет толпа мордоворотов у нашей двери. И с ними люди в форме. Скрутят так, что во всём признаешься, даже в убийстве Кеннеди.

LITTLESIS. И во взятии Бастилии… 

СТУДЕНТ. Ну и фантазия у вас. 

МАТЬ. Ничего не фантазия. Сотрудник у нас один нашёл так кошелёк, позвонил. И судили его за убийство! Год таскали, год из жизни выпал! 

СТУДЕНТ. Ма, да о чём ты… 

ОТЕЦ. А племянник шефа провёл ночь с девушкой, и на следующий день его забрали. Изнасилование, говорят. Пять лет грозились. 

LITTLESIS. Он теперь ходит и говорит всем парням: «Пока письменного согласия нет — в половые отношения не вступать!» Всё при свидетелях, желательно видео сделать… 

МАТЬ. Молчи, бессовестная. 

СТУДЕНТ. Литтлсис, ну откуда ты знаешь такие вещи? Не рано тебе? 

LITTLESIS. Я рада за неё. Знаешь, какие деньжищи он ей за отказ от претензий отвалил? Наконец-то женщины получили власть над мужчинами. 

ОТЕЦ. Что она говорит? 

МАТЬ. Хотела бы я тоже быть глухой временами. 

СТУДЕНТ. Ну это частные случаи. Не может, чтобы все были такими. 

МАТЬ. Частные, а жизнь-то у людей поломана. Манты готовы. Соус тоже. Накладываю? 

СТУДЕНТ. Нет, я пойду в участок. Паспорт надо отнести. 

LITTLESIS. Да можешь не ходить. Их там никогда нет. Будка стоит, а нет никого. В прошлый раз прям напротив участка у соседки сумку вырвали. Днём. И ничего. И никого. 

СТУДЕНТ. А что тогда? Бюро находок? 

МАТЬ. Я вам запрещаю. Обоим. У нас и так полно неприятностей. 

СТУДЕНТ. Каких? Всё нормально? Вы что-то скрываете? 

ОТЕЦ. Договорились же… Давайте обедать. 

СТУДЕНТ. Ма? Всё нормально? 

LITTLESIS. Папиного шефа закрыли. 

СТУДЕНТ. Да вы что… А за что? 

LITTLESIS. Отправьте меня в США тоже. Я тоже хочу быть такой блаженной. 

СТУДЕНТ. Ма? Что там? 

МАТЬ. Ну что, что… Тендера какие-то… Отец твой, слава всевышнему, пока как свидетель… 

СТУДЕНТ. Па? Ты как? 

ОТЕЦ. Ничего, сынок. Не впервой же… 

СТУДЕНТ. А… вообще? 

МАТЬ. Надеялись доучить тебя по-тихому. Там уже диплом будет, с нас, как говорится, взятки гладки… Да убери ты этот паспорт, смотреть на него не могу. Ажеку зовите обедать.

LITTLESIS. Паспорт преткновения… 

СТУДЕНТ. Давайте всё-таки вернём. У него виза тут. С завтрашнего дня. В отпуск, наверное, едет. 

МАТЬ. Нормальные люди сейчас в отпуск не ездят. Тем более в Шенген. 

LITTLESIS. Мам, нет страны Шенген. Это всего лишь маленькая деревня где-то в Европе… 

МАТЬ. Не умничай. Я вам сказала, уберите этот паспорт. Одни неприятности кругом. 

ОТЕЦ. Мы сегодня будем обедать или что? 

МАТЬ. Зовите Ажеку. У меня голова болит от вашего семейства.

LITTLESIS. Как удобно! Если что, ты не часть этого семейства. 

МАТЬ. Моя мудрая мама всегда говорила: «Ты можешь выйти замуж, родить ему пятерых детей, ухаживать за его родителями, но ты всегда будешь для них чужой». Поэтому я и сохранила свою фамилию. Чтоб в призрака не превратиться.

LITTLESIS. Можно, когда я буду замуж выходить, ты мне ничего не будешь говорить? 

МАТЬ. Зовите Ажеку. Обедаем. И я слышать больше не хочу про этот паспорт. Одни неприятности от него. 

СТУДЕНТ. Вот у кого реально сейчас неприятности, это у этого Руслана… Как его там… 

LITTLESIS. Алдарова. Он, кстати, адвокат. Специализируется на экономических преступлениях. Ажека, обед готов… Ажека? (Стучит в дверь.) А её тут нет. 

МАТЬ. Может, в ванной? Постучи. Сейчас опасно стало думать о других. Каждый день какие-то новые способы облапошить человека, не успеваешь даже уследить. У соседей квартиру обокрали, они вызвали полицию, и представляешь? 

СТУДЕНТ. Пришла полиция, и дополнительно айпад пропал.

МАТЬ. Откуда ты знаешь? 

СТУДЕНТ. Это ещё при мне было. 

ОТЕЦ. И ничего не докажешь. Это тебе не та полиция, что была раньше. 

LITTLESIS. В ванной вода течёт, но дверь, кажется, не закрыта. Открою? (Стучит.) А когда вы говорите «раньше», это при коммунизме? 

ОТЕЦ. Что она говорит? 

МАТЬ. Коммунизма мы не дождались. Но да, где-то там. Милиция тогда была, все их уважали. 

LITTLESIS. Серьёзно? Хотела бы я на это посмотре… Ма! Тут вода течёт, а Ажеки нет. 

Пауза.

МАТЬ. Как «нет»? Ты хорошо проверила? 

LITTLESIS. За шторкой нет, под ванной нет. В унитазе смотреть?  

ОТЕЦ. Что она говорит? 

СТУДЕНТ. Сарказм такой. Где в нашей огромной ванной могла затеряться одна старушка? 

ОТЕЦ. Сбежала!

МАТЬ. Только этого нам не хватало… 

ОТЕЦ. Облапошила! 

МАТЬ. Говорю же, от вашей семьи одни неприятности. 

ОТЕЦ. Твоя воля — жила бы одна на необитаемом острове. 

МАТЬ. Где теперь её искать? 

ОТЕЦ. Там. 

МАТЬ. А если её уже взяли? У тебя и так неприятности. 

ОТЕЦ. Можно всё время не напоминать? Если взяли, то повезут в участок. В ближайший. 

МАТЬ. В прошлый раз везли даже за сто километров. Говорят, мест в изоляторах в городе не было, всё переполнено. Телефоны у них отбирают. Людей по три дня найти не могут родственники!

СТУДЕНТ. Да бросьте, не могут же они всех забирать. Места не хватит! 

МАТЬ. Говорят, что открыли давно забытые подвалы, которые ещё с 37-го… 

ОТЕЦ. Байки это всё, ерунда. В этих подвалах давно рестораны и сауны. 

СТУДЕНТ. Но неужели возьмут старушку? Как рука-то поднимется? 

LITTLESIS. Нашу? Нашу точно загребут! Она у нас — ух-х-х! — боевая! Есть в кого же. 

МАТЬ. Точно. Революция у них в крови. 

LITTLESIS (в сторону). Ажека ничего не знает о своих бабушках и дедушках, похоже, они сгинули во времена великого голода и сталинских репрессий. А вот ажекина мама в 1942 году, во время Второй мировой войны, сбежала из детского дома на фронт. В 15 лет. Добавила себе два года, ей поверили, начала служить медсестрой, прям в центре боевых действий. Хорошо, потом воспитатель её случайно встретил, он там рядом воевал, в госпиталь попал. Со скандалом мою прабабку вернули домой, а она через полгода снова смылась... Так что какие ещё сомнения. Ажека вся в свою мать. Будет биться как львица… Молодец. Уважуха! 

СТУДЕНТ. Пойдёмте искать. В чём она была? 

LITTLESIS. С утра была в халате. В подъезде, наверное, переоделась. У неё костюм есть такой спортивный, из мягкого бархата. Я ей на Новый год дарила. С надписью «Party animal». 

СТУДЕНТ. Ёлки-палки. 

ОТЕЦ (студенту). Ты не ходи. Я пойду. Если что, скажу, что у неё Альцгеймер. 

МАТЬ. С ума сошёл? Тебе потом от неё только в тюрьме прятаться. Она тебя уничтожит. Скажи, что она за сметаной пошла. 

ОТЕЦ. Да лучше промолчу. Молча возьму и поведу домой. 

МАТЬ. Не получится. Ты будешь не лучше этих, в чёрной форме, в намордниках… 

LITTLESIS. Она будет биться как львица. Осторожнее, па. 

ОТЕЦ. А что тогда? 

МАТЬ. Скажи, что ради будущего её внуков ты просишь её вернуться… 

LITTLESIS. Она скажет: «Ради их будущего я и вышла»… 

СТУДЕНТ. Па, я с тобой. 

ОТЕЦ. Нет! Группами лучше не ходить. 

СТУДЕНТ. Да вы что, серьёзно, что ли? 

МАТЬ. Лучше я пойду. (Студенту.) Ты сиди, не хватало ещё тебе в это лезть. Мы разделимся. С тележкой для продуктов пойду для конспирации. Обедайте без нас. Сумасшедший дом. 

 

СЦЕНА 4

Квартира Адвоката.

ЛЕЙЛА (в телефон). Нет, ну ты представляешь? Это просто уму непостижимо… Вернут? В наше время? В наше время никто ничего никому не вернёт! Или такие деньги запросят, что мало не покажется… Да как увидят там визу шенген, сразу поймут — человек в отчаянии… Вот я, например, как-то нашла кошелёк, там визитки были и удостоверение. Разместила в «Фейсбуке», нашли владельца. Я позвонила, а он отвечает так нервно: «Не звоните мне, девушка, я давно уже новое получил». Понимаешь? Словно я от него чего-то хотела. Вот и делай после этого добрые дела. Так что тут, скорее всего, то же самое… Да… Я не знаю, что делать… Его нет, ходит ищет… (Слышится звук открываемой двери.) О-о-о, вернулся. Давай я перезвоню, как будут новости. Целую… (В сторону.) Ну что? 

АДВОКАТ. Пока ничего…

ЛЕЙЛА. Само собой… 

АДВОКАТ. Всем позвонила? 

ЛЕЙЛА. Да. 

АДВОКАТ. Весь Казахстан теперь знает. 

ЛЕЙЛА. Тебя только это и волнует... А я собрала истории потерянных кошельков, паспортов, телефонов… 

АДВОКАТ. И? 

ЛЕЙЛА. С какой начать? 

АДВОКАТ. С лучшей. 

ЛЕЙЛА. Подруга оставила сумочку на столе в кафе. Там кошелёк, все дела, документы… Вернулась взъерошенная через три часа. Отдали всё в целости и сохранности. 

АДВОКАТ. Отличная история! 

ЛЕЙЛА. Правда, это было в Дубае

АДВОКАТ. А-а-а-а… 

ЛЕЙЛА. Теперь худшую? 

АДВОКАТ. Нет, давай среднюю. 

ЛЕЙЛА. У знакомой из кармана вытащили смартфон. Недорогой. Там фото были, конечно, её, детей и мужа. Так вот, на следующий день вернули прям к её двери. Записка была приложена: «Мы с вами, оказывается, родственники…» Представляешь? 

АДВОКАТ. Серьёзно? 

ЛЕЙЛА. Да… 

АДВОКАТ. Она догадалась, кто это мог быть? 

ЛЕЙЛА. Да откуда… У нас, сам знаешь, только близкой родни по триста человек с каждой стороны… Но история жесть, конечно… С таким прям казахстанским контекстом… 

АДВОКАТ. Родителям не сказала? 

ЛЕЙЛА. Пока нет... Ещё пару историй? Или сразу переходим к самой худшей? 

АДВОКАТ. Разве самая худшая не наша? 

ЛЕЙЛА. Твоя, а не наша. До самолёта ещё восемь часов. Поэтому мы пока вне рейтинга. Так вот, следующая история. Подруга подруги собирается делать операцию. Для этого ей надо кучу анализов сдать. Она всё сдает, едет в больницу на операцию и оставляет весь пакет с бумагами в такси. 

АДВОКАТ. Ужас. 

ЛЕЙЛА. Операцию пришлось отложить, потому что таксист не заметил пакет. Увидел только вечером. Всё вернул, попросил десять тысяч. Средняя такая история. 

АДВОКАТ. Вот гад. 

ЛЕЙЛА. Это ещё нормально… И напоследок. Подруга находит портмоне с полным набором: права, удостоверение, карточки, наличные. Просит своего мужа позвонить чуваку и отдать всё. На вознаграждение не надеется. Просто хочет отдать. Они договариваются о встрече на улице. 

АДВОКАТ. И приезжает чёрная машина, а в ней много-много плохих парней. И часть из них даже в форме. 

ЛЕЙЛА. Как ты догадался? 

АДВОКАТ. Читал где-то или мне рассказывали. Года три назад. 

ЛЕЙЛА. Не может быть. Это реально с ними произошло! Жанну помнишь же? Вот с ней! 

АДВОКАТ. Ага… Верю. 

ЛЕЙЛА. Ладно... Запощу в «Фейсбук»… Наиболее продвинутые постят там, правило шести рукопожатий. 

АДВОКАТ. Помогает? 

ЛЕЙЛА. Иногда да. 

АДВОКАТ. Точно? А кто это увидит? 

ЛЕЙЛА. Не время волноваться, кто увидит... Что подумают, что скажут… Мне по фигу! У нас всё забронировано! Из-за визы этой дурацкой пришлось за все отели заранее заплатить, теперь не вернёшь… Нет, меня это просто бесит!! А где «Фейсбук»? Слушай, а что вообще происходит? И на ватсапп никто не пишет… 

 

СЦЕНА 5

Квартира семейства Ахметовых.

СТУДЕНТ. У меня ощущение, что я в кино каком-то. Это реально всё происходит? Ущипну себя (щипает). Ой! 

LITTLESIS. Велкам ту хом! Здесь трудно, зато никогда не скучно. Это тебе не Америка. 

СТУДЕНТ. Нет, я знал, конечно, что у родителей с Ажекой политические разногласия, но чтобы так… 

LITTLESIS. Ага. Диван в зале — это теперь у нас новый майдан. Бои каждый вечер.

СТУДЕНТ. Всё серьёзно? 

LITTLESIS. Ага. Реалити-шоу можно делать. Я снимаю потихоньку на видео. Может, канал свой со временем открою. Подписчиков наберу, буду на рекламе зарабатывать… 

СТУДЕНТ. Реально дурка. Ладно, где паспорт? Давай вернём. Ты нашла телефон этого чувака? 

LITTLESIS. Алдарова? Да, в Гугле… Паспорт?… Кажется, ма забрала с собой. Выкинет, наверное… 

СТУДЕНТ. Вот это реально трэш. Напишу ей, чтоб не посмела. Выкинуть чей-то паспорт — это же преступление… 

LITTLESIS. Почему тебя это так волнует? 

СТУДЕНТ. Потому что нельзя с людьми так поступать. 

LITTLESIS. Да ладно. Он же нам никто. Лох какой-то. 

СТУДЕНТ. Откуда столько цинизма, Littlesis? Не узнаю тебя. Всё нормально? Может, обидел кто-то? Ты скажи. Я за тебя любому морду набью. 

LITTLESIS. Я сама кому хочешь набью, спасибо. Я хожу на бокс. 

СТУДЕНТ. Куда?

LITTLESIS. На бокс. С подружками записались. В наше время надо уметь защищаться. 

СТУДЕНТ. А-а-а… А почему именно бокс? 

LITTLESIS. Ещё бегаем там. Тренерка говорит — надо влындить и сразу быстро бежать. Кричать бессмысленно, никто не поможет, будут только на видео снимать, поэтому бежать надо быстро, красиво, спортивно. 

СТУДЕНТ. Ты к чему готовишься вообще? 

LITTLESIS. К жизни. 

СТУДЕНТ. К какой? 

LITTLESIS. К нашей. К реальной. Если отца посадят, то фиг мне, в ближайшем будущем отсюда не выбраться. 

СТУДЕНТ. Всё не так. Всё совсем не так. Жизнь — она не такая. Если не шляться, где попало, если не нарываться… 

LITTLESIS (прерывая). Не носить красивое, не краситься, не иметь грудь… И вообще быть тихой невидимкой… 

СТУДЕНТ. Это всё ерунда. Да и потом, какой бокс. На руки свои посмотри. Ты в любом случае слабее любого парня. Не дерись, будь хитрее. 

LITTLESIS (скороговоркой). Будь хитрее, будь мягче, будь женственнее… Никогда не груби, будь ласковой, будь нежной, всё время улыбайся… улыбайся… улыбайся… 

СТУДЕНТ. Это ещё что за… 

LITTLESIS (продолжает). Будь покорной и удобной. Ты же девушка. Улыбайся. Прогибайся. Соответствуй. 

СТУДЕНТ. Я этого не говорил. 

LITTLESIS. Хватает кому говорить, кроме тебя… Хочешь, покажу тебе хук слева? 

СТУДЕНТ. А почему слева? 

LITTLESIS. Нападай. Слева — чтоб неожиданно. 

Удар. Студент всхлипывает.

LITTLESIS. Ну как? Это я ещё вполсилы. 

СТУДЕНТ (сквозь зубы)Ёлки-палки, ты что делаешь? 

LITTLESIS. Теперь ты можешь за меня не волноваться. Видишь? 

СТУДЕНТ. Не надо было мне так надолго уезжать. 

LITTLESIS. Нет, уезжать надо было. Возвращаться — вот другой вопрос. 

СТУДЕНТ. А родители знают? Про бокс? 

LITTLESIS. Нет, что ты. Они думают, я на сальсу хожу. Хочешь, тренерку мою тебе покажу? Она красивая и крутая. А хочешь, я вас познакомлю? 

СТУДЕНТ. Спасибо, не надо… У меня есть девушка. 

LITTLESIS. Американка? С белыми зубами и попой, как телевизор?… Вот смотри, это наша тренерка. 

СТУДЕНТ. Нормальная у неё попа… Ух ты… Ничего себе! Хороша, только татуировок много. 

LITTLESIS (в сторону). Хотела бы я рассказать брату историю её татуировок, но мне почему-то неловко. Это жуткое чувство, когда другие делают что-то ужасное, а стыдно тебе. Не им, а тебе. Итак, моя тренерка по боксу. Двадцать пять лет. Десять лет назад она, пятнадцатилетняяидёт домой к однокласснику, к экзамену помочь подготовиться — они близко дружили чуть ли не с первого класса. Родителей его не было дома, зато он позвал нескольких друзей. Ну дальше вы примерно понимаете… В общем, она еле ноги унесла, босиком пришла домой, вся в крови. Но её семья и их семьи решили вся замять. Ну, поигрались мальчики — с кем не бывает? Тренерку отправили в город подальше, с глаз долой, одну, чтоб не напоминала о случившемся и не портила никому настроение… Она училась, работала, жила, но почему-то ей всё время хотелось биться головой о стену и портить свою кожу. Отсюда бокс. Отсюда татуировки. Сейчас она крутая. Сильная. Смелая. Я хочу быть похожей на неё, и все девочки в нашей группе тоже… 

СТУДЕНТ. Ладно, мама не отвечает. Интернет еле живой. Я тоже пойду, Ажеку надо найти. И паспорт надо вернуть. Ты будь дома. 

LITTLESIS. У нас тренька в пять. 

СТУДЕНТ. А ты можешь сегодня пропустить? 

LITTLESIS. С чего это? 

СТУДЕНТ. С того, что непонятно, что творится в моей бедной стране… 

LITTLESIS. Это с непривычки. А так всё нормально. 

СТУДЕНТ. Не выходи, я сказал. 

LITTLESIS. Это уже абьюз. 

СТУДЕНТ. Где ты этого нахваталась? 

LITTLESIS. Читаю, анализирую. Пользуюсь мозгом. 

СТУДЕНТ. Не выходи, пожалуйста... Достаточно вежливо? Ладно, я ушёл. Дай телефон чувака с паспорта на всякий случай. 

LITTLESIS. Зачем? Паспорта же нет. 

СТУДЕНТ. Отдадим. Сразу, как я его возьму. Я позвоню. 

LITTLESIS. На ватсапп тебе сброшу. Повезло этому лоху с тобой. 

СТУДЕНТ. Слушай, ты можешь не говорить так о человеке, которого ты знать не знаешь? Мало ли, какие у него жизненные обстоятельства. 

LITTLESIS. Лузер он и есть лузер. Я бы на месте его жены с ним развелась на фиг. Кому нужен такой лох? 

 

СЦЕНА 6

Квартира Адвоката.

ЛЕЙЛА ёпотом). Вот так, вышла замуж за лузера… Полного лузера… (Громко, читает.) Утеряно портмоне и документы на имя Руслана… бла-бла-бла… Твоё имя полностью… Просим срочно вернуть за вознаграждение. Может, сумму указать? 

АДВОКАТ. И кто это увидит? 

ЛЕЙЛА. Все мои друзья в «Фейсбуке». Они перепостят. Увидят их друзья. Те перепостят. Увидят их друзья… 

АДВОКАТ. А сколько у тебя друзей? 

ЛЕЙЛА. Четыре тысячи девятьсот девяносто два. 

АДВОКАТ. И все увидят? 

ЛЕЙЛА. Ну в этом и смысл. 

АДВОКАТ. Вся твоя родня? 

ЛЕЙЛА. Ага. 

АДВОКАТ. Все наши?

ЛЕЙЛА. Да. И их родня. И друзья. И так далее. 

Адвокат вздыхает.

АДВОКАТ. Смотри. Всё просто. Как выйдете во Франкфурте, ищи знак Baggage claim. Поняла? Надо поднять голову, указатель будет висеть везде. Идите по нему. По пути пройдёте паспортный контроль. Ты иди первая, с собой возьми все бумаги — билеты, брони отелей. Всё покажешь. Потом родители пройдут. И выходите в сторону багажа. 

ЛЕЙЛА. Запостить! Мы должны запостить… Та-ак… а где интернет? Где вай-фай? 

АДВОКАТ. Нету. С утра глушат. 

ЛЕЙЛА. Похоже на конец света…  

АДВОКАТ. Давай дальше. После багажа идите по знаку Exit. Жаным… Ты меня слушаешь? 

ЛЕЙЛА. «Фейсбук» не грузится. Ужас. Да… и ватсапп висит… Этого нам только не хватало…

 

СЦЕНА 7

Ватсапп. Идёт обмен аудиосообщениями.

СТУДЕНТ. Семейство, приём. Проверил парк, Дом офицеров, вечный огонь. Здесь её нет. Зашёл к её подруге, с которой они раньше пели в хоре ветеранов труда. Тоже нет. Подруги, правда, тоже нет. Может, они вместе? У меня глючит телефон. 

LITTLESIS. Всё ок с твоим телефоном. Периодически глушат интернет. Вот и всё. В «Фейсбук» вообще не зайти. Всё висит. 

МАТЬ. Я в районе Старой площади. Передвигаюсь перебежками. Пока результата нет. 

ОТЕЦ. Что вы говорите? Плохо слышу. Печатайте. 

МАТЬ. Ты где? Некогда нам печатать. Звук увеличь. 

ОТЕЦ. «Сары Арка». Никто её не видел. 

LITTLESIS. Я ей звоню — не берёт. Не слышит, видимо, тоже. 

СТУДЕНТ. Или телефон конфисковали. 

МАТЬ. На меня тут уже с подозрением смотрят. 

LITTLESIS. Ма, сливайся с толпой. Стань незаметной.

МАТЬ. Тут нет толпы. Тут полиции больше, чем людей. С ними я как сольюсь? 

СТУДЕНТ. Я двигаю вниз по Фурманова. 

LITTLESIS. Давно переименовали. 

СТУДЕНТ. Ну сути это не меняет. Я иду вниз. Ма, паспорт не выбрасывай. Я его верну. И точка. 

МАТЬ. Совсем забыла про этот дурацкий паспорт. Он вообще где? 

СТУДЕНТ. У тебя! 

МАТЬ. У меня его нет. 

LITTLESIS. Дома тоже нет. 

СТУДЕНТ. Тогда где он? 

МАТЬ. Точно дома.  

СТУДЕНТ. Ма, выкинула? Сознавайся. Неужели просто выкинула? 

МАТЬ. Да не выкидывала я, с ума сошли. Дома лежит. И вообще, как вы можете в такую минуту думать про какой-то паспорт. У вас Ажека пропала! 

LITTLESIS. Наверное, в ванной, где лекарства… Или в шкафу кухонном, под запасами макарон… Третья банка слева, с оранжевой крышкой.  Я иду искать. 

МАТЬ. Откуда ты знаешь про банку? 

LITTLESIS. Секреты выживания… Иногда деньги бывают очень нужны… Но я потом на место кладу… Я честная женщина. 

СТУДЕНТ. Паспорт там? 

LITTLESIS. Нет. Не вижу. Эх-х-х… хотела, пока вас нет, позвонить этому чуваку и предложить вернуть за вознаграждение. Мне на айфон не хватает. 

СТУДЕНТ. Сколько тебе на хватает? 

LITTLESIS. Много. Сто тысяч. 

МАТЬ. Обвинят в вымогательстве. Не смей. Боже, кого я вырастила. 

СТУДЕНТ. Ты бы реально взяла деньги с этого чувака? Реально? 

LITTLESIS. Если б дал, взяла бы. Что я, дура, отказываться? Дают — бери. Бьют — беги. Все берут. В этой стране, по крайней мере, все. 

СТУДЕНТ.  У человека неприятности, а ты… Я сворачиваю в парчок в сторону театра. Так, где паспорт? Мам, точно не у тебя? 

МАТЬ. Сказала же — нет. 

СТУДЕНТ. Литтлсис? 

LITTLESIS. Нету. Нигде нету. 

СТУДЕНТ. Ничего не пойму. Проклятый он, что ли… Вечно пропадает… 

ОТЕЦ. Паспорт у меня. 

Пауза. Слышатся шум, свист, окрики, гул толпы, автомобильный гудок.

LITTLESIS. Пап, всё ок? Ты там? 

ОТЕЦ. Пробираюсь к памятнику. Толпа, не вижу. 

СТУДЕНТ. А паспорт ты зачем? Па? 

Шум нарастает.

ОТЕЦ. Обещание дал. Если мать нормально найду, сразу паспорт верну. Всевышнего поблагодарю. 

МАТЬ. Вот идиот. А если тебя задержат с чужим паспортом? Ты об этом подумал? 

ОТЕЦ. Ну а что? Правду скажу. 

МАТЬ. Что скажешь? 

ОТЕЦ. Правду. Всё, как есть. Правду! 

МАТЬ. Странное слово какое… 

LITTLESIS. Тебе не поверят, папа. 

ОТЕЦ. Что ты говоришь? 

LITTLESIS (громче). Тебе не поверят, папа! 

Гул толпы ещё больше нарастает.

ОТЕЦ. Здесь толпа, не вижу, не слышу. Куда-то все идут… Скажу правду. Слу… 

Запись резко обрывается.

СТУДЕНТ. Пап. Ты там? Всё ок? 

Пауза.

LITTLESIS. Аллё… Вы там? Вы где все?... Чёрт, связи нет. На конец света похоже. 

 

СЦЕНА 8

Квартира Адвоката.

АДВОКАТ. Ничего страшного, машина леворульная. Всё, как у нас. 

ЛЕЙЛА. Я не смогу. Я не смогу водить в чужой стране! 

АДВОКАТ. Может, и не придётся. Если визу быстро получу, не придётся. Но на всякий случай. Запоминай. 

ЛЕЙЛА. Нет. Нет. Я не смогу. 

АДВОКАТ. Жаным… 

ЛЕЙЛА. Если сейчас же не включат интернет, я взорвусь. 

АДВОКАТ. Просто запоминай. 

ЛЕЙЛА. Ну почему ты ничего не делаешь? Почему ты ничего не решаешь? 

АДВОКАТ. Потому что сегодня выходной. Что можно делать? 

ЛЕЙЛА. Я всё ещё не верю. Я отказываюсь. Всё, как запланировано. Мы летим вместе. Мы берём машину напрокат. Ты везёшь нас по Франции и Италии. Всё, как запланировано. Я сейчас закрою глаза и начну визуализировать…

АДВОКАТ. Жаным… 

ЛЕЙЛА. Люди, в руках которых паспорт моего мужа!!! Верните, пожалуйста! За любые деньги! За всё, что угодно! Будьте людьми! Верните! Я вас очень прошу! Мы заплатим! Любые деньги! Любые!

АДВОКАТ. Жаным…

ЛЕЙЛА. Вернут же, да? Найдут и вернут? У нас в стране очень хорошие люди, папа всегда говорит. Самые лучшие люди у нас! 

АДВОКАТ. С машиной всё запомнила? Карты я тебе скачал. 

ЛЕЙЛА. Никакой машины не будет. С ума сошёл. Я не смогу в чужой стране. 

АДВОКАТ. Да всё так же! Только люди повежливее и все соблюдают правила. Если водишь машину в Алматы, то в Европе самолёт сможешь водить, я тебе отвечаю! 

ЛЕЙЛА. Отменяй. Не буду. На такси будем ездить. Найми машину нам на все дни.  С шофёром. 

АДВОКАТ. Ты, наверное, думаешь, что я миллионер. 

ЛЕЙЛА. Ах да, конечно. Только из-за твоих миллионов и выходила за тебя. Вся насквозь алчная и порочная. Сам говорил — поедем в отпуск, ни в чём себе не отказывать, деньги есть! Если вести себя так, словно ты миллионер, то подсознание поверит, и ты реально станешь миллионером! Всё твоё позитивное мышление, Тони Роббинс этот, и как там их ещё… 

АДВОКАТ. А что ты с таким презрением? Тоже же ходила на их лекции. 

ЛЕЙЛА. Ходила, да. Теперь говорю себе — паспорт здесь, паспорт с нами, но, блин, что-то он не появляется! Где оно, твоё позитивное мышление? Где оно было, когда ты нажрался и паспорт потерял? 

АДВОКАТ. Всё, ладно, хватит. 

ЛЕЙЛА. Конечно, хватит. Давай. Машину с шофёром. И плевать, сколько стоит. Ещё заработаем. 

АДВОКАТ. Жаным.

ЛЕЙЛА. Что? 

АДВОКАТ. Не так много денег у нас. 

ЛЕЙЛА. Не говори так. А то подсознание услышит. И поверит. 

АДВОКАТ. Кредит взять пришлось. 

ЛЕЙЛА. Что? 

АДВОКАТ. Ты слышала. 

ЛЕЙЛА. Нет, видимо… Видимо, я ещё не всё слышала. Какой кредит? 

АДВОКАТ. Тот самый. На потребительские нужды. 

ЛЕЙЛА. Серьёзно? Зачем… 

АДВОКАТ. Две апелляции подали. Клиенты без денег остались… решили немного отложить… вот и пришлось. 

ЛЕЙЛА. А сказать нельзя было? 

АДВОКАТ. Расстраивать не хотел. 

ЛЕЙЛА. Нет, ты меня просто убиваешь… Ты же сам всегда ржал над теми, кто берёт кредиты. На свадьбу там, на тои всякие. Ты же сам всегда смеялся… 

АДВОКАТ. Ну я-то быстро закрою…

ЛЕЙЛА. Я еду в отпуск в кредит. Что же это… Кто я? Замуж в кредит, в отпуск в кредит… Я как-то не пойму… В кого я превратилась? 

АДВОКАТ. Ну что ты, не драматизируй. Все так живут. 

ЛЕЙЛА. Это точно… Но я же не все. Я же другая… Я же не все… 

АДВОКАТ. Жаным… 

ЛЕЙЛА. Может, я что-то ещё не знаю о нашей семейной жизни? 

АДВОКАТ. Давай про Венецию ещё.  

ЛЕЙЛА. Про что? 

АДВОКАТ. Венеция. Венеция. Город в Италии. Который на воде.

Раздаётся звонок мобильного.

ЛЕЙЛА. Жаным, телефон! Телефон, это твой! Быстрее! 

Быстрые шаги. Пауза. Вздох разочарования.

ЛЕЙЛА. Это папа… Скажи ему сам… или нет. Пока не говори. Вдруг ещё позвонят. Нет, не так. Надо говорить: нам звонят, паспорт нашёлся. И мы едем в аэропорт и хохочем. Вот так: ха-ха-ха-ха — вот так хохочем, ты и я. Давай. Давай хохотать! (Хохочет.) Ты чего молчишь? Давай, позитивное же мышление! Ха-ха-ха! 

АДВОКАТ (в трубку). Папа, я вам перезвоню… (Лейле.) Жан, успокойся. Успокойся, я сказал.

Лейла продолжает истерически смеяться. Шаги, звук льющейся воды, всплеск. Смех резко обрывается.

АДВОКАТ. Успокоилась? 

ЛЕЙЛА. Да. 

АДВОКАТ. Папа звонил. Надо ему перезвонить. 

ЛЕЙЛА. Что скажем? 

АДВОКАТ. Не знаю… 

ЛЕЙЛА. Правду? 

АДВОКАТ. Не рано ещё для правды?  

Пауза.

ЛЕЙЛА. Ладно… Ещё подождём… 

 

СЦЕНА 9

Мысли в головах семейства Ахметовых.

СТУДЕНТ. Это странное чувство, когда ты просто бегаешь по городу с телефоном в руке. На экране — фотография пожилой женщины. Добрейшее существо, божий одуванчик, в бежевом берете и вязаной кофте. Ажека имеет привычку улыбаться, как только на неё наводишь объектив камеры. Наверное, поэтому люди не узнавали её. Я звонил в РОВД, спрашивал о ней, но мне говорили, что данных нет, а потом равнодушно бросали трубку. Я почему-то вспомнил, как Ажека водила меня маленького на фигурное катание. Я был толстый, беспомощный, неуклюжий, и тренеру было со мной тяжело. А она смотрела из-за бортика на меня с таким умилением, что тренер только вздыхал тяжело и дальше катил мою тушку по льду…. Когда прорывался случайный сигнал интернета, я смотрел в «Фейсбук» этого дня, и меня охватывала ужасная тревога. Я снова был маленьким, беспомощным, неуклюжим... 

LITTLESIS. Тренировку отменили, так как наш зал в самом центре, и тренерка сказала: «Да ну на фиг, давайте не будем нарываться. Разогрейтесь дома, растяжки поделайте». Я сидела дома, интернет умер, даже VPN не помогал. Я подходила к окнам, смотрела на улицу. Странное чувство, как будто ты изолирован от всего внешнего мира. Я не помню себя без интернета. Я с ним родилась. У меня как будто руки отрезали или голову. Про Ажеку я тоже думала. В отличие от остальных, я знала, где она. Подслушала её разговор, но выдавать не стала. Мне кажется, что каждый человек имеет право на свободу, своё мнение и принимать решение самостоятельно, неважно, пятнадцать лет тебе или пятьсот. В общем, Ажека сейчас в соседнем дворе, у своей подруги, в карты, наверное, режутся или сериал смотрят. Она в последнее время на «Игру престолов» подсела, уже на пятом сезоне… На митинг не пошла, разочаровалась в них после последнего. Но решила скрыться таким образом, чтобы родители пошли её искать и увидели всё своими глазами. «Вашими слепыми глазами». Вот такая она у нас декабристка… С одной стороны, мне жалко маму с папой… С другой стороны, как я могу выдать Ажеку? Пойду побоксирую. Ещё час без интернета — и я сама на площадь выйду. Ужас. 

МАТЬ. Кому Ажека, кому мама, а кому и свекровь. Све-кровь. Ене. Моя мама умерла за год до нашей свадьбы. Рак. Я думала тогда, что тоже умру. Я дышать не могла, мне всё время приходилось напоминать себе, как дышать… А потом любовь, все дела, и как же мне было стыдно: мама моя умерла, а я вот влюбилась, целуюсь, к свадьбе готовлюсь… Когда он сказал мне, что младший сын и жить будем с его мамой, я даже где-то обрадовалась — так мне мамы не хватало. И понравились мы друг другу сразу, и дружили, и не ругались никогда… Но нет… Как бы хорошо ни было, и ты родной не станешь, да и она тебе тоже. Не верю я в эти истории про неземную любовь невестки и свекрови. Уважение есть, да. Привязанность. Но не более того. Разве моя мама так поступила бы со мной? Нет, конечно. Мама бы испекла пирог, чай накрыла бы, позвала бы меня, и мы бы тихо разговаривали, сидя на кухне… Мама бы никогда не заставила меня волноваться, тем более в такое время… А теперь я иду по этой жуткой пустой улице. Тащу с собой тележку от продуктов, набитую пустыми пакетами из супермаркета. Такси невозможно поймать… «Убер» не могу вызвать: интернета нет. Свекровь, наверное, схватили и отправили в спецприёмник, мужа могут посадить скоро, детей тогда на что обучать — не знаю. Мама… Мамочка, родная, ты меня слышишь? Если да, то подай знак, пожалуйста. Хоть что-то — пусть ветер подует, пусть туча небо закроет, пусть птица мне на голову какнет, хоть что-то. Мамочка? Мам? 

ОТЕЦ. Я подходил ко всем этим парням в форме, униженно заглядывал им в глаза и просил посмотреть на фотографию. Они смотрели, некоторые качали головой, другие просто отворачивались. Скользили пустыми рыбьими глазами, как будто не было ни меня, ни телефона… И наконец мне показалось, что один из них вроде как слегка подмигнул. Я поднёс телефон к его лицу ближе. Он отшатнулся, как от чумы. Слушай, брат, сказал я, у тебя мама есть? Есть же. Кто-то же тебя родил в этот мир? И он назвал адрес. Два слова. Отвернулся резко и давай что-то свистеть. Я поблагодарил. Убрал телефон в карман. Отошёл в сторону, остановил такси. Повторил эти два слова. И позвонил сыну. 

 

СЦЕНА 10

Квартира Адвоката.

АДВОКАТ. Гостиница оплачена. Экскурсоводу позвонишь на ватсапп за день до экскурсии. Ему надо заплатить наличными. Жаным? 

ЛЕЙЛА. Уже скоро выходить. 

АДВОКАТ. Ты слушаешь меня или нет? 

ЛЕЙЛА. Ага… 

АДВОКАТ. Жаным, я понимаю всё, но что я могу сделать? 

ЛЕЙЛА. Ага… 

АДВОКАТ. Слушай, у меня ещё просьба есть… Давай родителям твоим не будем говорить? Давай скажем, что у меня дело срочное, не смог отказаться… 

ЛЕЙЛА. Какой же ты… даже сейчас думаешь только о себе… 

АДВОКАТ. Да ничего я не думаю. Ладно, говори, что хочешь. Давай. Позорь меня. 

ЛЕЙЛА. Я ещё и виновата. 

АДВОКАТ. Я этого не говорил. 

ЛЕЙЛА. А знаешь что? Я подумала — я сама всё смогу. Чего я боюсь? Английский я в школе учила. Вспомню. Водить я умею. Справлюсь. И без тебя. 

Звонок мобильного.

АДВОКАТ. Незнакомый номер! Алло?... Алло, да… Чёрт… (Откидывает телефон.)

ЛЕЙЛА. «Казахтелеком»

АДВОКАТ. Банк. За кредит напоминают заплатить. 

ЛЕЙЛА (вздыхает). В общем, я подумала — я же раньше как-то без тебя жила… 

АДВОКАТ. Вот только не надо вот так драмати…

ЛЕЙЛА (продолжает). И дальше выживу. Спокойно выживу. 

АДВОКАТ. Жаным, давай не будем пороть горячку… 

ЛЕЙЛА. Я спокойна. Абсолютно. Да. Я смогу. 

Снова звонит телефон. Один звонок, второй, третий.

ЛЕЙЛА. Ты ответишь? 

АДВОКАТ. Последняя надежда. Алло?... 

Слышится треск, потом раздается металлический голос: «С вами говорит Казахтелеком».

Вздохи разочарования.


 

СЦЕНА 11

Квартира семейства Ахметовых.

ОТЕЦ. А вот и мы. Девочки, ставьте чай. Мы дома! 

LITTLESIS. Час ночи. Самое время пить чай. Па, тебя освободили! 

ОТЕЦ. Я приехал в отделение. Долго ходил вокруг, меня не пускали. Потом кое-как уговорил, корочку свою показал, фотографию Ажекину. А там старуха одна сидела, похожа на мою мать. Вот они меня к ней и привели… Я говорю — это не моя… Они говорят — ещё одна есть. Показывают — снова не Ажека. А там народу, духота, воды просят, кто-то стонет, кому-то руку вывихнули… И тут кто-то окликает меня. Смотрю — сосед наш, с девятой квартиры. Ну мы обрадовались, конечно, я этим и говорю: отпустите мол, сосед же мой… В общем, слово за слово… и меня тоже туда же! Паспорт, слава всевышнему, никто не обнаружил. Он со мной. Вот здесь был всё время, в кармане…

СТУДЕНТ. Ажека давно вернулась? 

LITTLESIS. В девять. Назвала нас жалкими трусами и конфор… комфор… 

СТУДЕНТ. Конформистами? 

LITTLESIS. Да. Я сказала ей, что папу арестовали. Она обрадовалась и легла спать. 

МАТЬ. Я так счастлива! 

ОТЕЦ. Главное, с ней всё в порядке… Туф, самое главное… Ничего не надо больше, лишь бы подольше мать была рядом… На работу сообщат, конечно… Уволят меня теперь… 

СТУДЕНТ. Может, обойдётся? Отпустили же… Повестку, правда, дали…  

LITTLESIS. Папа, ты теперь у нас герой. Пусть судят, отсидишь пятнадцать суток, потом выйдешь и на грин-карту подашь. Скажешь, что тебя преследуют по политическим мотивам… Уедем в America!! 

ОТЕЦ. Кудай сактасын… Под старость лет без родины остаться… Чай ставь. 

СТУДЕНТ (матери). Ма, ты как? Ты давно вернулась? У тебя на волосах что-то белое… 

LITTLESIS. Это птичье дерьмо. На неё птичка накакала. 

МАТЬ. Я так счастлива. 

LITTLESIS. Три часа уже так сидит, счастливая, мыться отказывается. 

СТУДЕНТ (тихо). Да ты что…  А почему? 

LITTLESIS ёпотом). Не знаю… Говорит, вроде как мама её покойная знак ей подала… Вот она теперь счастлива. 

СТУДЕНТ. Ну и дела…

ОТЕЦ. Повезло, что суд завтра! 

СТУДЕНТ. Это уже сегодня, па. Адвоката надо найти. М-м-м… вы лепёшки пожарили? 

LITTLESIS. Это мои. Я захотела углеводов. А дома никого и ничего не было. Муки немного переложила. Поэтому такие твёрдые. 

СТУДЕНТ. Я что угодно сейчас съем. Даже твои. Мам, может, сходишь в душ? Мы тебя подождём.

ОТЕЦ. Наливайте чай. Покрепче, хорошо заварили? Ажека точно спит? Если нет, то зовите её. Мне ей много что надо рассказать. 

СТУДЕНТ. Я в туалет. 

ОТЕЦ. Покурю, пока вы чай наливаете. 

Слышатся шаги. Звуки набора номера с разных телефонов.

МАТЬ. Алло? Вы извините, что так поздно, но я всё-таки подумала… 

ОТЕЦ. Алло? Алло? 

СТУДЕНТ. Доброй ночи… Вы извините, что…

LITTLESIS. Аллё. Я понимаю, уже поздно, но… 

 

СЦЕНА 12

Квартира семейства Ахметовых. Звонок в дверь. Пауза.

ОТЕЦ. СТУДЕНТ. МАТЬ. LITTLESIS. Это за паспортом! 

СТУДЕНТ. Я открою. 

МАТЬ. В глазок посмотри. На всякий случай… 

Звук отпираемого замка. Пауза.

СТУДЕНТ. Проходите, пожалуйста. 

АДВОКАТ. Добрый… доброй ночи. Я за паспортом. 

СТУДЕНТ. Да, да, конечно. Вы один? 

АДВОКАТ. Один? Да, конечно. А что… 

СТУДЕНТ. Ну я так, на всякий случай. Проходите. 

АДВОКАТ. Жена… бывшая, наверное уже, и её родители улетели. Час назад. Я немного опоздал. 

МАТЬ. Чаю хотите? 

АДВОКАТ. Чаю? С удовольствием. А не поздно? 

ОТЕЦ. Самое время. Мы как раз пьём. Проходите. 

АДВОКАТ. С удовольствием. Такой день выдался, даже не помню, ел или нет сегодня… У вас лепёшки…

LITTLESIS. Они нёмного твёрдые… А хотите манты? 

АДВОКАТ. Да, но как-то неудобно.

LITTLESIS. Сейчас согрею. 

ОТЕЦ. А может, по чуть-чуть… 

СТУДЕНТ. Виски? 

ОТЕЦ. Да. 

АДВОКАТ. Можно. 

ОТЕЦ. Вы не за рулём? 

АДВОКАТ. Пешком пришёл. Мы соседи с вами. Тут пять минут, через двор буквально. 

Пауза.

СТУДЕНТ. Надо же… совпадение какое… Паспорт-то я в Тастаке нашёл… 

МАТЬ. И мне налейте тоже, пожалуйста. 

LITTLESIS. Ма? 

МАТЬ. Да-да, мне тоже. 

LITTLESIS. Ажеке тоже отнести? 

ОТЕЦ. Лучше не надо… 

Звук жидкости, разливаемой по бокалам. Звон стекла. Выпивают.

АДВОКАТ. Неспокойно в городе. 

ОТЕЦ. Да… Меня тоже закрыли, еле отбился. Суд завтра в 14:00. Повезло! У многих сегодня, ночью. Так что я не жалуюсь. Понимаете, мама пропала, и я пошёл её искать, думал, она там сидит. А там чья-то другая мама была, такая же, как моя, только ещё старше…  И сосед ещё наш… Ну я давай там шуметь…  

СТУДЕНТ. Им это не понравилось. 

АДВОКАТ. Сволочи какие. Вы молодец. Я бы тоже не выдержал… 

Пауза. Звук льющейся жидкости.

ОТЕЦ. Ещё по одной. Давайте, давайте. 

LITTLESIS (адвокату). Жена ваша сильно ругалась? Что вы паспорт потеряли?

АДВОКАТ. Ну я её понимаю, в принципе… Ей теперь всё самой придётся… Мы давно поездку планировали, деньги копили. Её родители там… Понимаете, у меня это второй брак, она намного младше меня, отец у неё болел, вот вроде выздоровел, и мы решились в Европу, пока все живы-здоровы… И вот… (жуёт) Манты у вас вкусные… Спасибо. 

МАТЬ. Вы соус берите, он чуток остренький. И сметана вот домашняя. (Littlesis.) Хлеба ещё давай. 

АДВОКАТ. Спасибо. Я вот вас… отблагодарить хотел… Возьмите, пожалуйста. 

Пауза. ОТЕЦ, МАТЬ, СТУДЕНТ и LITTLESIS в один голос отнекиваются.

ОТЕЦ. Что вы, что вы. Ничего не нужно! 

LITTLESIS. Мы даже не думали. Разве можно пользоваться чьими-то неприятностями? Это ужасно. 

МАТЬ. Даже не думайте. 

АДВОКАТ. Но я от чистого сердца. Как-то хочу вас поблагодарить. Девочке вашей что-то, может, купит себе. Что ты хочешь? 

LITTLESIS. Не возьму. Что вы. Не надо. 

МАТЬ. Не возьмёт. Они у меня так воспитаны. Даже не пытайтесь.  

АДВОКАТ. Ну вот, а я ещё и поел у вас тут. Неудобно. Слушайте, вам же адвокат нужен? У меня девяносто процентов успешных дел. Давайте я бесплатно? Мне нетрудно, правда.  

ОТЕЦ. Боюсь, это дело вы проиграете. У нас оскорбление представителей власти. Хулиганство вроде ещё. 

АДВОКАТ. Ну ничего, бывало и хуже… 

СТУДЕНТ. Нецензурное. Несколько раз. 

АДВОКАТ. Ну тем дело интереснее. 

LITTLESIS. А вы не полетите? В свой Шенген? 

АДВОКАТ. По-моему, уже поздно… 

МАТЬ. Со мной сегодня произошло настоящее чудо. Хотите я вам расскажу? 

LITTLESIS. Ма, сколько раз говорить тебе — это простое совпадение. Не надо рассказывать. Лучше бы голову помыла. 

МАТЬ. Небо было чистым, ни облачка. Птиц не было, никого вообще не было, город как будто вымер. И тут, в этой пустоте… 

LITTLESIS. Ма! 

АДВОКАТ. Расскажите, конечно. Чудо — это здорово. Только можно вначале я задам вам один вопрос? Любопытно очень. Пока шёл к вам, всё голову ломал. 

Пауза. Отодвигается чей-то стул. Кто-то кашляет.

ОТЕЦ. Конечно. Спрашивайте. 

LITTLESIS. Ага. Давайте. 

СТУДЕНТ. Я пока ещё по одной… (Звук льющейся жидкости.) 

АДВОКАТ. Почему вы все позвонили мне? Все четверо? С разных номеров?  

 

КОНЕЦ

Бангкок, 2020

Айнур Карим

Айнур Карим — выпускница сценарной онлайн-мастерской А.Молчанова (2017). Победительница конкурса BBC International Radio Play Competition-2020, резидент Iowa International Writing residence-2022, финалист фестиваля «Драма.KZ», конкурсов «Баденвайлер», «Литодрама», фестиваля «Любимовка» (2019-2021). Работала в авторских группах сериалов «Тогжан», «Закира» (КТК). Редактор отдела драматургии в журнале «Дактиль».

daktil_icon

daktilmailbox@gmail.com

fb_icontg_icon