Рассказы

В автобусе

Рауан любил ездить в полупустых автобусах, слушая любимую музыку. Но ещё больше он любил, когда какая-нибудь красавица засматривалась на него, а он на неё. Максимум, что он мог себе позволить, — это долгий контакт. Он первым отводил взгляд. Иногда порывался подойти, но всякий раз одёргивал себя, предвкушая безуспешность.

В этот раз она смотрела дольше, чем все остальные. Чаще, чем все остальные. Он слушал музыку, ловил на себе её взгляды и совсем забыл о житейских проблемах. Он забыл о неудавшемся браке, о ссоре с мамой — всё забыл. Он вновь почувствовал себя совсем молодым, потому что она была совсем, совсем молода, свежа, прекрасна и обладала мягкой красотой и серьёзными чёрными глазами, которые не желала отвести от Рауана. Он уже заулыбался. И впервые её приветливый взгляд внушил ему уверенность.

— Можно познакомиться с вами? — спросил Рауан, сложив руки в карманы.

— Да. Конечно. Меня зовут Инга, — ответила она, улыбнувшись.

— Я Рауан. Я не знаю, что сказать. Не умею. Вы мне очень понравились.

— И вы мне.

— Можно выйти вместе с вами?

— Я как раз собиралась в парк.

— Тоже любите гулять одни?

— Да. А вы?

— И я.

Они сошли на остановке возле парка 28-ми панфиловцев. Разговор был необычайно лёгким, угадывали друг друга с полуслова, ели сладкую вату, мороженое, гладили белого коня, пристёгнутого к коляске, фотографировались на фоне Вознесенского собора. Это был потрясающий день. Никогда Алматы не казался таким добрым и щедрым…

Он провожал её домой, когда заметил, как пространство стало расплываться, превращаться в незнакомые места, а она всё так же улыбалась и оставалась желанной. Затем они поднимались по воздуху, как по лестнице, и было очень хорошо… Вдруг Рауан услышал собственные всхлипывания. Как жаль, что это сон!

Он проснулся и увидел пустую комнату. Солнце деликатно заглядывало в окно. Всё было бы замечательно, если бы он, забыв все неудачи и тревоги, подошёл к ней в автобусе. Рауан не сомневался, что Инга познакомилась бы с ним.

«Дай мне только снова её увидеть…» — сокрушался Рауан, собираясь на работу.

 

Больной и здоровый

В арендованном у Академии здорового питания кабинете сидели друг напротив друга два человека. Ещё двое, каждый за своим столом, что-то подсчитывали на калькуляторах, изредка наблюдая за реакцией слушающего. Слушающий был болен раком желудка, а говорящий страстно рекомендовал ему гарантированное избавление от всевозможных мук.

— Наша продукция, по сути, совершила революцию. Наш основатель — китайский мультимиллионер, мог бы и не заниматься медициной, но такова душа... Он нанял лучшую команду мастеров нетрадиционной китайской медицины и результат: мы имеем возможность излечиваться даже от рака! — заключил сапфировый лидер, сияя глазами, готовый запеть гимн своей компании.

— Это прекрасно, конечно. Но сил нет совсем… терпеть эту боль… Я и не надеюсь поправиться, мне бы боль прекратить.

— Вы прекратите болезнь! Да, да и ещё раз да! Не сомневайтесь! — сжал слабую кисть больного сапфировый лидер. — Это так. Не будет болезни! — и, к своему счастью, он увидел слабый, но ясный проблеск надежды в глазах слушающего. Присутствовавшие сотрудники торжественно внимали.

Больной ушел с пакетом уникальной продукции Perfect Health. Так, он приходил за запасами в Академию здорового питания каждые три недели, а его надежда словно возрастала.

Денно и нощно он пил БАДы и верил, что ими можно побороть рак желудка. Еженедельные выступления лидера в отполированном синем костюме эту веру укрепляли...

Дни бежали, сопровождаясь мотивационными речами, превращаясь в месяцы… Пока слушающий не умер.

 

Гитарист

— В детстве мне всегда казалось, что стоит мне стать музыкантом, я прославлюсь. Знаешь, буду сиять, как минимум, на всё СНГ… Хе… — грустно заключил Ефим, допивая виски.

— А в Бога ты веруешь? — спросил его пьяный молодой слушатель.

— Пардон, но такие вопросы мы обсудим, когда будем напиваться ещё полгода, — ответил Ефим, — а пока я завершу свой стакан и пойду на сцену.

Ефим неспешно поднялся. Расчехлил инструмент. Пара скупых хлопков и сигаретный дым в зале. Он давно не задумывался, как преодолеть шумы, — просто играй… пусть шумят.

— Вашему вниманию — не Бах! — сказал Ефим и приступил.

Из струн лилась неизвестная планете мелодия. Самое главное — она была важна Ефиму.

— Я никак не могу понять, кого вы играли, — спросил ещё более опьяневший молодой человек.

— Помилуй! Я ведь гитарист. Никого я не играл.

— Но так мастерски, знаете, — ответил поклонник, — вот!

— Благодарю, — сухо ответил Ефим и положил купюру в карман.

Утром ему на Арбат. Там тоже звучит музыка. Не шумно. Люди просто ходят и смеются. Они не смеются над Ефимом. У них своя радость. А мелодия звучит. Она ему важна.

«Если и бывают чудеса, то они в свете этого дня… Тут, между осенних веток» – думал трезвый Ефим, играя никому не известную мелодию.

Там, на скамье, сидит пенсионерка и продает носки. Накрутка небольшая. Не от нечего делать … Просто не захотела продавать ордена отца. И музыка звучит ей. Улыбается. Не всегда согревает чашка горячего чая. Особенно, когда её нет. Но в нужное время никому не известная мелодия подарит тепло осеннего города. Она знает, что тут таится правда….

— Вот и я сижу, — говорит пенсионерка.

— Тепло стало?

— Да. Тебе бы блистать, а не… уф…

— Ладно, мать. Главное — тепло.

— Как называется?

— Сам не знаю… хе….

Вечером он снова там. Кто-то пожаловался на скучную музыку. Теперь играет хоус. Нет, это называется хаус, дип-хаус.

А Ефим идёт по городу, играя. Пьяный и счастливый. Теперь его будет слушать осень. Он будет играть городским ручьям, лилиям и птицам. Он научился радости у них. Кто всегда радуется, тот сама радость… Посмотрите на них. Они не сеют, не жнут, но одеты лучше, чем сам Соломон в дни своей славы… Чем же хуже вы, маловеры? Каждому дню своя забота, а сегодня он подобен лилии и птице. Завтрашний день сам позаботиться о себе.