Дактиль

Казахстанский литературный онлайн-журнал

Юлия Ким

Это точно не корона

Мама заболела. Это точно не коронавирус. В интернете каждый день появляются цифры о новых выявленных, но вероятность попасть в новостную сводку около 0.99999%. И уж точно не мама. Она медсестра с таким стажем, что у меня кругом идет голова от того, сколько лет можно проработать в одном месте. Я уже окончила школу, два университета, сменила кучу профессий и десятки работ, а мама все там же. В накрахмаленном халате и в смешном колпаке, который постоянно падает ей на глаза.

Нет, ну даже если кто-то и заболеет. То это, наверное, будет дядя Серик из тридцать шестой квартиры. Он летом ночует на скамейке возле дома и много курит. Мама не курит. Сосед в вельветовой куртке тоже в группе риска. Он любитель выпить и заесть буханкой ржаного. Каждый раз, когда он сидит на детской площадке и закусывает, я вижу, как вместе с ломтем хлеба в его рот отправляются грязные пальцы. Мама заставляет меня мыть руки по тридцать раз на дню и ругается, когда я сажусь пить чай, не снимая с себя уличную одежду. В детстве она научила меня полезному трюку. Если стукнуть по мусоропроводу в правильном месте, то крышка люка откроется и не нужно будет трогать ручку, которая кишит бактериями. К перилам прикасаться тоже не стоит. Микроскопическая живность там так и ждет, чтобы оказаться в организме и расстроить его как следует.

На том конце провода раздается кашель. Наверное, сезонная простуда, но точно не… да нет, простуда. В Карагандинской области всего-то выявленных человек тридцать. Капля в море. Маму даже грипп не берет. Обычно я болею, а мама дразнится, что ее крепким иммунитетом можно колоть орехи. Орехи колоть можно, а апельсины чистить приходится мне. Мама командует отодрать белую мякоть под цедрой, она вроде бы даже вредная. Делим апельсин наполовину, затем мама отрывает пару долек из своей порции и протягивает мне, для иммунитета, у меня он слабый.

Второй день температура. Спрашиваю: «Высокая?» Отвечает: «Нормальная». Уточняю: «Какая именно?» Говорит: «Тридцать девять». Скорая едет долго, но маму это радует. Нужно же собрать вещи. Зубную щетку там, пижаму, планшет. Сейчас всех на ковид проверяют. Попадешь под общую гребенку, и отправят отдыхать в изолятор. Результат, скорее всего, будет отрицательным. Нет, он должен быть отрицательным. Откуда этому вирусу там взяться. Никто из знакомых не болеет. На автобусе до работы проехать десять минут. К тому же мама в маске, в городе вообще все в масках.

Мама сообщает, что сделали снимок легких и положили в изолятор. Кто теперь комнатные растения поливать будет? Аэропорты закрыты, самолеты не летают. Точно не я. Прошу маму из года в год перестать разводить столько цветов. Глиняные горшки на любой вкус и цвет заполняют все подоконники, а с недавнего времени еще и стоят на крышке пианино, на котором уже лет пятнадцать никто не играет. Мне вдруг становится жалко растения. Все-таки они живые. Ну ничего, через пару дней маму выпишут, и она с каждой из хризантем побеседует, не обделит вниманием ни фикус, ни монстеру.

Результатов пока нет. Мама просит заниматься своими делами и не звонить так часто, а мне кажется, что если я не буду звонить часто, то случит что-то плохое. Ночью мне не спится. Какие они все-таки долгие, бессонные ночи. Утром подскакиваю до будильника. Читаю новости и в одном из городских пабликов нахожу, что в городе +1 случай. Женщина, 57 лет, диагностирована пневмония. В следующую минуту от мамы приходит сообщение. Всего одно слово и точка. «Положительный».

Кто-то оставляет комментарий под этой новостью, что з@е#али со своим коронавирусом, лучше бы писали о хорошем.

Юлия Ким

Юлия Ким — родилась и выросла в городе Темиртау (Карагандинская область). По образованию маркетолог. Выпускница литературных мастерских Creative Writing School. Публиковалась в сборнике «Пашня 3» (Ridero, 2019) с фантастическим рассказом «В реестре памяти».